Общество  •  27 апреля 2023, 10:04, последнее обновление 16 мая 2023, 15:13

Архитектор микрорайона Кузьминки рассказал, подхватят ли омские застройщики стандарты "Эталона" и "Брусники"

Леонид Гусельников около 20 лет занимается жилищными проектами разных объёмов и форматов, а также не обошёл стороной сферу благоустройства общественных пространств вроде Советского парка, что стало опытом "интересным", но не только вдохновляющим. Об этом, а ещё о местных кадрах и общей атмосфере в архитектурно-строительном комьюнити, удачах и неудачах городской застройки с Леонидом Гусельниковым поговорила Алина Бегун в новом выпуске видеоподкаста "Зерно архитектуры", совместного проекта "Омск Здесь" и Skuratov Coffee.

"АРХИТЕКТОРОМ НЕ ОСОБО МЕЧТАЛ БЫТЬ"

В детстве о такой профессии я не знал и не задумывался. Я хотел быть учителем рисования, но как-то так сложилось, что в наш педагогический вуз не поступил. И методом жребия попал в наш строительный техникум. Там уже как-то всё затянуло меня, загорелся, окончил с отличием, и преподаватели рекомендовали поступить в вуз (ближайший профильный вуз в Новосибирске, - прим. ред.). Когда я приехал в Новосибирск, сразу увидел, что у меня рисунок слабый. На примеры работ посмотрел и понял, что меня вообще по-другому учили рисовать. Познакомился с одним преподавателем курсов, буквально за пару часов мне объяснили, что требуется, где надавить. Ну и как-то всё быстро сдал и поступил на архитектора.

Профессия архитектора - это же не профессия художника. Мы и больше ответственности несём, и имеем много ограничивающих факторов. Это заказчики, это регламенты, это нормативы. Здесь надо быть более прагматичным. А все воспринимают архитектора больше, видимо, как творца. У меня не было романтических впечатлений от профессии, я с ней познакомился в техникуме, и, грубо говоря, она для меня сразу стала как некий технический инструмент.

Архитектор Леонид Гусельников

Я ни о чём не пожалел, вернувшись в Омск, хотя планы были оставаться в Новосибирске. Все преподаватели надеялись, что я у кого-нибудь из них буду работать. Но это же и сыграло, наверное, свою роль, потому что из департамента архитектуры Омска пришёл запрос на молодые кадры, и почему-то в деканате все сразу вспомнили про меня. Отправили в Омск, я пообщался тогда с Анатолием Тилем (бывший глава департамента архитектуры и градостроительства мэрии Омска, бывший главный архитектор Омска, осуждён за превышение должностных полномочий при предоставлении земель юрлицам, - прим. ред.). Уезжать не стал, но случилась какая-то история, что они кадры пригласили, но буквально через пару месяцев в департаменте начались жуткие сокращения, и работы там я не дождался. Пришлось просто начать работать.

Я себя, конечно, мальчиком чувствую, когда встречаюсь со всеми нашими архитекторами, хоть у меня и 20 лет стажа работы в целом. Но за это время я в принципе, наверное, вправе считать себя уже заматеревшим, пусть и не матёрым.

ПОСЛУЖНОЙ СПИСОК

Студентом техникума проходил практику в омском проектном институте "Венец" под руководством его главного архитектора Сергея Амелина. Там архитектурных вызовов мне не предлагали, могу вспомнить только дом представительских целей рядом с бассейном "Пингвин" на набережной Тухачевского, который сейчас жилой (из доступных предложений - однушка за 9,8 млн рублей и 4-комнатная квартира за 31,5 млн, - прим. ред.). Делал я просто 3D-модель.

Не устроившись в департамент архитектуры, работал в "Стиль-проекте". Маленькая компания тогда сделала такое интересное здание, которое до сих пор чуть ли не единственное в Омске - жилой дом на Ватутина, где первые два этажа сделаны как таунхаусы с гаражами.

 

Многоквартирный жилой дом на Ватутина с таунхаусами

Захотелось чего-то большего. И поступило предложение от "ОмскАрхитектуры" (организация, подведомственная администрации Омска, - прим. ред.) возглавить их архитектурный отдел. Ну, показалось, это прямо очень заманчивым. Но в итоге мы там чего-то рисовали, чего-то проектировали, а ни один объект до стройки не дошёл. Хотелось уже чего-то реального. Всё-таки архитектор должен строить. Уже подумывая о чём-то своём, получил предложение из "Мостовика". Но тут первый раз я повёл себя очень неправильно. Зарплата сыграла свою роль. А через три года и "Мостовик" пришлось покинуть, потому что в основном занимался эскизными проектами. Тут опять появился проектный институт "Венец" и возможность спроектировать микрорайон, который сейчас называется Кузьминки.

Это, конечно, был настоящий вызов. Там я познакомился с Андреем Совалкиным, моим компаньоном, и мы решили начать своё дело. Первым таким делом был коттеджный посёлок "Аист". Если же говорить про первый объект, когда мы "Первый Проектный" (вместе с Совалкиным является соучредителем ООО "Первый Проектный", - прим. ред.) всё-таки открыли, то это был ЖК "На Поворотной" (бывшие долгострои на улице 70 лет Октября, оставшиеся от предыдущего застройщика; начали вводиться в эксплуатацию в 2020 году, - прим. ред.). Там уже были фундаменты, был недостроенный один дом, недостроенный другой дом. Как бы ты ни хотел квартальную застройку, но если уже есть согласованный проект, есть выданные регламенты, не откатишься назад, не возьмёшь проект с чистого листа.

ОМСКУ НЕ ХВАТАЕТ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ВАЙБА

Я вообще всегда работу выбирал, так скажем, предполагающую чуть больше свободы. Вечера, беседы, разговоры. Когда я учился в Новосибирске, жил в общежитии, поэтому вокруг была вот эта творческая среда, когда люди общаются, обсуждают свои проекты, вносят или не вносят предложения, слушают или не слушают замечания.

Этой среды не хватает в Омске, вот честно скажу, не хватает творческого профессионального общения. Внутри своего коллектива я пытаюсь это пропагандировать, но дальше это не выливается. У нас была одна из попыток, когда я в Союз архитекторов вступил. У меня было задание - организовать выставку молодых архитекторов, нашли на удивление 23 человека. На этой волне пытались какое-то общение составить, может, молодёжное течение организовать. Хотелось бесед, общения, опытом делиться. Но на каждую последующую встречу людей приходило всё меньше и меньше, и меньше, и не задалось.

Я думаю, что это не Омск виноват. Я вообще Омск ни в чём не виню. Отличный город. Здесь хорошие люди, они все отзывчивые, и всегда можно найти решение того или иного вопроса. Просто не знаю, может, в нашем сообществе произошёл какой-то застой.

У нас же нет среднего звена, которое в производстве считается самым эффективным. Есть заслуженные мастера, они уже руками не хотят [работать], они нужны для передачи опыта. А молодёжь этот опыт должна впитывать, но как бы помогать производственным силам, среднему звену выполнять простенькие задачи. А получилось, что года с 2010-го - острая нехватка среднего звена. Общение не получается, потому что не с кем общаться. Люди разных поколений, разный язык. Этот разрыв с годами усиливается. Среднее звено не готовится. Из-за этого молодёжь не прогрессирует в нашем городе, она не видит стимулов работы, творческого вызова. Поэтому они и уезжают туда, где могут это найти. Старшее поколение мастеров и мэтров старится, а молодое поколение здесь не растёт. Поэтому кадровый голод и отставание по всем параметрам от соседних регионов. И это проблема не только архитектурной отрасли.

ВСТРЯХНУТ ЛИ ОМСКИХ ЗАСТРОЙЩИКОВ НОВЫЕ ДЕВЕЛОПЕРЫ

Девелопер знает досконально продукт, который он будет продавать. Он не проектировщик, не застройщик. Он маркетолог, продуктолог. Он знает, что вот в этом месте хочет получить такую-то прибыль и продавать определённый продукт. И, соответственно, он техзадание строит не как наши застройщики. Он строит техзадание, исходя из параметров квартирографии, удобств, определённого набора функций, которые, по его мнению, будут помогать продавать продукт, который он создаёт. Архитекторы этот продукт визуализируют, ищутся субподрядчики на строительство по проекту, созданному проектными организациями. А у застройщика немножко другой подход. У него есть технология, по которой он строит. "Вот мне по этой технологии как можно больше квадратных метров", - примерно такая логика у застройщика <…>.

Ребята, которые зашли(питерский "Эталон", который строит микрорайон Зелёная река на Волгоградской, и уральская "Брусника" со строительством Кварталов Драверта на Шаронова, рядом с Кузьминками, - прим. ред.) - девелоперские компании с другим подходом. Они же не будут застройщиков учить. А когда те посмотрят на продукт девелоперов, то что, будут имитировать? Скажут архитекторам: "Давайте имитируем то же благоустройство, в подъездах интерьеры начнём рисовать"? С нашим основным застройщиком, для которого мы сейчас проектируем дома на Поворотной, в Кузьминках, в принципе и так двигается в эту сторону.

Я не думаю, что их приход как-то сильно изменит ситуацию. Кому-то проще будет закрыться <…>. Но невозможно поменять сразу всё. Надо научить людей делать это благоустройство, научить отделочников делать не побелку в подъездах, а интерьер. Это другое качество работы, другой уровень проработки. Как у художника есть подмалёвок, а есть картина. Качественного скачка "сегодня делал так, а завтра буду делать так" не получится. Но они тоже растут.

Даже сейчас придут эти ребята, покажут другое качество жилой среды, не уверен, что кардинально отличающееся, но всё же другое, и что, наши застройщики такие сразу - раз и повторят? Нет, конечно. Если сравнивать с "Брусникой", там целые отделы работают над ландшафтным дизайном, над интерьерами подъездов, над фасадными решениями. У нас в Омске остались проектные команды по 20, 10, 5 человек, которые с трудом-то могут дом спроектировать, не говоря уже о том, чтобы под ключ всё сделать с интерьерами, с благоустройством как те тысяча человек.

 

Строительство жилого комплекса "Экопарк" на Красном Пути

Если про нашу компанию говорить, у нас есть проект (между Домом пионеров и "Пятым театром", - прим. ред.), где мы впервые сделали здание с подземным паркингом, с какими-то более-менее интересными фасадными материалами и решениями. Там как раз новый формат застройщика, который как маленький девелопер себя ведёт. Поэтому я и говорю, что процесс движется. Новый формат заказчиков и инвесторов и в Омск приходит.

Для понимания просто надо в историю вернуться. На территории Омска, не знаю как, но оказалось много вот этих железобетонных заводов - один, два, три, пять, семь. Они до сих пор все работают, выпускают свою продукцию, и им её надо куда-то девать. А Омск всегда почему-то воспринимается как город с невысокими доходами, тут надо делать дёшево. Поэтому тут новый продукт не приживался. Опять же такое лобби сборных железобетонщиков, которые любого застройщика могут выжить из региона на раз-два.

Сейчас они потихоньку отмирают, потому что этот формат жилья стал всё-таки уже конкретно ассоциироваться с экономом, и появился запрос на новое качество жилья.

И ВСЁ ЖЕ ПРО КУЗЬМИНКИ, В КОТОРЫХ У КАЖДОГО ВТОРОГО ЕСТЬ ПО ЗНАКОМОМУ

Не могу полностью за всю территорию Кузьминок говорить, удачный ли это пример современного жилья. Здания, которые я проектировал как главный архитектор, когда работал в проектном институте "Венец", были другие. В угоду изменившемуся рынку или ещё чему-то их пришлось перепроектировать. Но у меня есть некая обратная связь: я там рядом живу, сейчас в Кузьминках много знакомых, и в принципе им организация пространства импонирует.

Кузьминки на Крупской

Да, когда на них издалека смотришь, это немного такой массивный, очень большой микрорайон. Но когда мы попадаем внутрь, там из-за того, что человек всё равно особо выше пяти этажей не видит, эта высота уже теряется, люди больше обращают внимание на планировку микрорайона. Она сделана так, что его центральная часть - детский сад и школа - как раз низкой этажности, и получается некое ядро, в котором есть "воздух" и реализован принцип "двор без машин". Там нет такого частого пересечения пешеходов с машинами, и людям от этого комфортней, они видят, что им гулять лучше, чем в предыдущих местах, где они жили.

Я ещё на третьем курсе, а это 2003 год, читал в учебниках и слышал от преподавателей про разделение потоков людей и транспорта, про функциональное зонирование, и когда мы студентами проектировали кварталы, у всех были дворы без машин. Это в учебниках написано давным-давно, но почему не применялось - большой вопрос <…>. А вот заборы не уйдут. Наоборот, уже при проектировании многие включают ограждение территории. Сейчас тенденция на отделение приватного пространства от общественного. Как - уже от вкуса зависит <…>.

Школа, кстати, которая строится в Кузьминках, - наша гордость. Мы её вдесятером спроектировали на 1122 места. Заказчик долго выбирал: просто городу этот участок передать под строительство школы или спроектировать и передать проект. В итоге мы её проектировали как многофункциональный объект, разрабатывали спецтехусловия, чтобы, когда МЧС смягчит программу по охране школ, по закрытию территорий, её можно было бы открыть и сделать общественным центром микрорайона. Изучали последние тенденции в проектировании школ. Там много мест для социализации. Все эти вертикальные связи в виде атриумов, двухцветные пространства, насыщение холлов, широких коридоров. Мы попытались максимально расширить функционал школы, наполнить его современными смыслами, что-то подглядеть у коллег. Но опять же у нас в Омске всё медленно. Мы эту школу придумали пять лет назад.

 

Строительство и проект школы в Кузьминках

СООТНОШЕНИЕ ЖИЛЫХ МАССИВОВ И ГОРОДСКИХ ПРОСТРАНСТВ

Я не градостроитель и не хотел им быть, но в моём понимании в структуре развития пространства, среды, улицы, каждый должен заниматься своим отдельным вопросом. Градостроительство планирует жилые районы, общественные, коммунальные, производственные территории. А потом идёт насыщение этих зон.

То есть город сначала должен определиться: жилой дом он тут хочет, или торговый комплекс, или парковку. Если говорить про европейские города, то там вся практически застройка фоновая, но есть доминанты, и для их воплощения проводятся конкурсы. На фоновую застройку конкурсы не проводятся. А у нас в городе не определено, где передовая застройка, где должны быть акценты и, соответственно, на что должны проводиться конкурсы. Когда нет цели, мы к ней не идём.

Профессиональные конкурсы помогают архитекторам, как художникам, не зависеть от регламентов и нормативов. Можно сочинять и как-то даже что-то нарушать. Потому что конкурс не означает, что завтра проект будет реализовываться <…>.

Если город хочет арт-кластер или ещё что-то на территории ТЭЦ-1, то выкупается участок, проводится конкурс, и там именно городской объект появляется, а не коммерческий. Потому что сейчас там есть определённый собственник, который, естественно, видит только прибыль в этом земельном участке. Ему вот эти общественные пространства... Город его не заинтересовал в этом. Должен быть диалог: вот у города есть цель, ты нам можешь эту цель достичь, а мы тебе поможем ещё в чем-то.

Будущий апарт-отель (как и ТЭЦ-1, расположен в зоне исторической застройки с возможностью жилой застройки средней этажности ИЗ-2, то есть высотой до 20 метров - прим. ред.), возможно, в сравнении с окружением может называться высотным. Я же называю это просто новым масштабом для данной территории. Причём я не вижу, что он там большой (Гусельников участвовал в первом варианте проектирования, - прим. ред.). Может быть, он даже маленький, потому что у нас впереди река, а сзади сквер.

В принципе сейчас тенденция во всём мире к уплотнению. Не только в крупных городах, но и в средних. В связи с этим и тенденция к увеличению этажности. Наверное, да, в историческом центре города все хотят гулять, все хотят его видеть. Это прекрасно, уютно, тепло. Какие-то детские воспоминания. Но жить там никто не хочет, потому что это устаревший жилой фонд (сравните с Петербургом, - прим. ред.). Жить хотят в современных квартирах. Но всё равно в центре, потому что это инфраструктура, престиж. А центр не резиновый.

Набережная Тухачевского и Воскресенский сквер

Можно сказать, что инвесторы вот такие жадные, растут ввысь. Но это же городские регламенты, и к архитекторам не имеют никакого отношения. Как бы мы ни хотели сделать город низкоэтажным или среднеэтажным, это не мы решаем. Приходит заказчик, у него техническое задание, у него градплан, а наш функционал - всё это упаковать в оболочку <…>. Архитекторов обвинять в этом, по-моему, нелогично.

Опять же почему в городах сейчас появляется всё больше домов-башен? Сугубо из-за того, что надо набрать эту плотность. Можно, конечно, сделать 20-этажный квартал замкнутый, получить невообразимые колодцы, а можно сделать это башнями. Освободить из-под застройки территорию, которую можно благоустроить, а жить просто друг над другом.

ПАРК СОСТАРИЛСЯ, НЕ УСПЕВ ПОБЫТЬ НОВЫМ

Советский парк - это довольно интересный опыт. На нас вышла его дирекция, предложила разработать концепцию, а когда её утвердили - и рабочую документацию. Но потом как-то всё пошло… как обычно. Пошёл тендер, выбор самого дешёвого подрядчика, изменения в сметах, которые повлекли изменения в качестве материалов, технологий, процессов строительства. Первая очередь сделана по нашему проекту, она вроде и даже немножко его напоминает и симпатична. Но если рассматривать вблизи, то, конечно, [это не тот уровень].

Всё омское благоустройство, наверное, немножко с неправильным подходом. Не хочу никого критиковать, но моё мнение, что надо всё-таки объекты делать сразу от начала до конца.

С Советским парком, например, получилась неприятная история в том плане, что мы предлагали благоустраивать локальными кусочками, потому что парк протяжённый, с одной стороны - жилой массив, с другой - река. У него есть ось, дублирующая улицу Андрианова, а через неё идут перпендикулярные спуски к Иртышу. Между этими спусками, грубо говоря, можно было брать какую-то область и делать там всё благоустройство.

Центральная площадь Советского парка в Нефтяниках

Но руководителям этого проекта показалось, что будет лучше сделать сразу всю ось. Когда всё это перекопали, то жители получили максимум неудобств на весь год, потом это не успели сделать, и они получили максимум этих неудобств и на следующий год. Парк выпал из жизни всех, кто привык в нем гулять, на тройку лет. Я бы от себя рекомендовал, наверное, не делать пять объектов по кусочкам в городе, а делать за год один объект до конца, чтобы люди получали готовый продукт.

В Советском парке получилось так, что деревянный настил за время последующих двух лет работ ушатали, он в первый год стал выглядеть уже сильно не новым. Ну и остальных элементов это также касается. Парк, не успев стать новым, сразу стал старым.

Мы хотели в него внести эстетику советского модернизма. Входная группа изначально была больше, более брутальная, более функциональная. Проектировались красные рамы, внутри которых можно было ставить любые павильоны по продаже мороженого, ваты, шариков. И они бы визуальный ряд не портили, потому что находились бы в общей композиции, в тени этих пергол. Но, видимо, эта брутальность как-то смутила нашего заказчика. Они чего-то более романтичного захотели, и появилась эта волна. Опять начали экономить в материале, и она сейчас нефункциональная, плюс по качеству не сильно получилось.

 

Проект входной группы Советского парка и реализация

У нас все задачи в Омске так ставятся. У нас же нет бюджетов, нам же надо всё подлатать, помыть, почистить заборчик, поменять на новый заборчик. И, грубо говоря, мы сейчас можем и с парком 300-летия в такую же историю попасть. Нам московский проектировщик предлагает мегакрутую идею - ландшафтный парк. Но мне кажется, администрация это воспринимает так: "О, ну классно, ничего делать не надо. Тропинки там и так уже протоптаны. Просто назовём это ландшафтным парком".


Как строили омские башни-близнецы на Жукова, реставрировали роскошные памятники архитектуры на Либкнехта и где вообще начать учиться архитекторскому искусству - смотрите и слушайте здесь. Ещё больше подкастов на самые разные темы можно найти тут.

Фото: скриншоты видеоподкаста "Зерно архитектуры"

Читайте также