Несмотря на то, что театральный сезон завершён, мюзикл "Алиса в стране чудес" (6+) продолжает покорять зрительские сердца. В Омске спектакль впервые показали 20 декабря 2025 года. Новаторская постановка Глеба Матвейчука сразу снискала любовь публики, и с февраля спектакль по сказке Льюиса Кэрролла вошёл в вечерний репертуар Омского музыкального театра. В апреле премьера мюзикла состоялась ужев Калининградском театре эстрады. В ней принял участие артист Омского музыкального театра Илья Скляров.
В Омске показы "Алисы" состоятся только в сентябре, а вот у жителей и гостей Калининграда есть последняя возможность увидеть её летом. Сказку о взрослении девочки-бунтарки там показали накануне. Ещё один показ состоится в субботу, 11 июля.
Чем омского артиста поразил самый западный регион России и как европейский дух влияет на театральную жизнь в Калининграде - Илья Скляров рассказал в интервью.
- Илья, есть ли у Вас предыстория с Калининградом? Или знакомство с городом случилось только во время "Алисы в Стране чудес" (6+)?
- Это моя первая встреча с Калининградом. Более того - у меня даже никаких мыслей не было о том, чтобы познакомиться с городом и артистами, хотя там есть три великолепных театра - Калининградский областной драматический театр, Калининградский театр эстрады и Калининградский областной музыкальный театр. Знаете, у меня по всей стране очень много знакомых, но в Калининграде как-то не завелось.
- Чем успел поразить Калининград и люди в нём?
- Красотой! Он уникален тем, что не в каждом городе на центральной улице вместо асфальта - брусчатка. Калининград поразил чистотой. В день моего визита в центре был городской фестиваль, и мы даже успели какие-то ярмарки посмотреть. Все ведут себя культурно, общаются, никто не ругается, хотя людей на площади было очень много.
Конечно, в Калининграде невероятная архитектура. Всё так красиво! Понятно, что это был изначально Кёнигсберг, потом уже Калининград! Эти маленькие здания с красными кирпичными крышами напомнили дома из сказки про Карлсона. И это не только в самом Калининграде. Благодаря Екатерине Гусар (музыкальный руководитель мюзикла "Алиса в Стране чудес" - прим.ред.) мы попали в Зеленоградск, погуляли по берегу Балтийского моря и даже успели очень сильно замёрзнуть (улыбается).
- Этот европейский дух как-то влияет на театральную жизнь? Может, Калининград и есть своя такая маленькая страна чудес?
- Да, кстати! Мне очень понравилось такое решение: в версию спектакля в Калининграде добавили новый видеоряд - они нарисовали сам Калининград. Появляется титр "Алиса, страна чудес", потом летит, видимо, гусеница (смеётся). Я себе это оправдывал так: летит какое-то волшебное существо, а ты словно его глазами наблюдаешь всё вокруг (улыбается). На экране нарисованный Калининград выглядит как какой-то Дисней, и мне это действительно напомнило диснеевскую историю. У нас же "Алиса в Стране чудес" какая-то своя, такая родная, и она мне безумно нравится. А там было ощущение, что ты попал в мир Уолта Диснея или в "карлсоновский Стокгольм". Это красиво и интересно!
- А как считаете, почему? Может, сыграло то, что сцена в Калининградском театре эстрады не такая большая, как в Омском музыкальном театре, не такая глубокая, и создаётся ощущение, что ты как будто смотришь на телеэкран?
- Да, приближённость даёт этот эффект: создаётся ощущение, что ты не столько в театре, сколько в кинотеатре, хотя всё действие происходит вживую. И это здорово, правда. Ты будто смотришь какой-то лайф-экшен-ремейк "Алисы в Стране чудес", только не Тима Бёртона, а Александры Каспаровой (смеётся).
- Почему согласились на этот эксперимент - сыграть в Калининграде? Вы раньше упоминали о том, что всё произошло спонтанно.
- Ответ прост - постановочная команда и непосредственно Александра Каспарова. Она мне позвонила и предложила такую историю. Я спросил, почему я, ведь в Питере есть Гордеев, Суханов, другие исполнители. Сказали, что хотят меня попробовать. Наверное, я дал добро на эту историю только потому, что именно они мне предложили. Возможно, если бы кто-то другой позвонил, думаю, я бы ещё подумал. А здесь, практически не раздумывая, я сказал Саше да.
- Чем эта команда привлекает? Почему стала такой родной?
- Наверное, своей теплотой. Очень редко, когда ты можешь встретить в театре (вне зависимости, какой он направленности) такую слаженность. Будь то балетмейстер, ассистент балетмейстера, режиссёр, музыкальный руководитель, осветитель, звукорежиссёр, художник по свету - каждый из них горит работой. Это не может не заражать. Именно поэтому, наверное, мне наша команда очень нравится, с ней хочется работать чаще и больше. И именно поэтому ты соглашаешься на такую авантюру, как за сутки вылететь в Калининград и переучить спектакль полностью (смеётся).
- Был ли страх, что омский Белый Кролик не приживётся в Калининграде?
- Был большой страх, потому что я не знаю их публику. Нашу я, по крайней мере, немного изучил.
- А разве актёр выходит на сцену не чтобы вести за собой публику?
- Наша сибирская публика воспитана: она любит театр, любит ходить в театр, любит получать от похода в театр удовольствие. На поклонах зрители всегда хлопают, благодарят, дарят цветы. Не часто и не везде такое встретишь. Например, в Кемерово более холодный приём. Зрители там, может, и хотят подарить цветы, но бывает такое, что дирекция не позволяет выходить им на сцену в силу разных причин.
Наша омская публика тёплая - она принимает тебя, любит. Ты их умеешь держать за какие-то ниточки. Калининград всё-таки город с европейским стилем и, возможно, с таким же восприятием. Для меня было боязно, конечно же, выступать там: я знаю все наши омские фишечки, местные, а будут ли они там работать? Примут ли меня, поймут ли юмор, поймут ли они вообще эту историю Алисы? Но судя по отзывам после спектакля и тому, как зал реагировал, публика всё поняла и приняла.
- А расскажите, что писали?
- Благодарили, что приехал и навёл шороху, писали, что были удивлены, что в премьере приняли участие приглашённые артисты. Коллеги, с которыми я работал, тоже благодарили за спектакль. Андрей, исполнитель роли Белого Кролика в Калининграде, тоже сказал тёплые слова, мы с ним долго общались после премьеры.
- Обсуждали вашего персонажа? В момент импровизации, кстати, Андрей предпочитает Rammstein, а вы за Юрия Антонова.
- Скорее за Лещенко (смеётся). Андрей знает свою публику, он знает Калининград, опять же, это европейский город. А мы то здесь, в Сибири, за Льва Лещенко! Мы даже смеялись с Сашей Каспаровой, что наш кролик немножечко скуф. И все его поклонницы как раз возраста Льва Лещенко. Андрей тоже скуф, но при этом более современный, более зумерский, анимэшный что ли. У него и грим другой, и парик. Именно поэтому, может быть, у него и Rammstein прозвучал. Это круто, это весело. Здорово, что люди могут импровизировать в этом спектакле.
- Что общего нашли между собой в диалоге с Андреем?
- Отношение к работе. Он пахарь, как и я (улыбается). Играет одну роль, вторую, третью.
- Он же единственный Белый Кролик в Калининградском театре эстрады?
- Да, когда я уехал, он остался один (смеётся). И что удивительно - пока я был у них Белым Кроликом, Андрей играл Туза. Это тоже показывает, какой он трудоголик. Он мне объяснял, где у них в театре реквизит, как устроен театр, закулисье. То есть команды проекта, которые меня вводили в калининградскую постановку, Андрей тоже многое подсказывал мне.
По нему видно, что он пахарь: утром на концерте, в обед на репетиции, а вечером на даче. И это круто, конечно. Они, в принципе, все молодцы в театре, не только Андрей.
- Авторы мюзикла отмечают, что ротация артистов и смена площадок, такое содружество разных театральных компаний, необходимы. А вам как артисту - в чём выгода?
- Для меня плюс в новых знакомствах. Ещё раз повторю: если бы я не поехал в Калининград, я бы не познакомился с ребятами там. Также и у нас - если бы для участия в омской "Алисе" не приехали Манана Гогитидзе и Паша Стукалов, мы с ними бы не познакомились.
Сейчас мы с Мананой иногда переписываемся, поздравляем друг друга с праздниками, быстро нашли общий язык. Манана присылает нам с женой милые подарочки, однажды подарила мне брелок на ключи с кроликом с маленькой чашечкой, естественно. А жене она подарила термобутылку с фламинго (супруга Ильи - актриса Евгения Шарыгина, исполняет в мюзикле роль Фламинго - прим.ред.) и написала очень трогательные слова: "Спасибо за подставленное крыло". Это было очень мило.
С Пашей мы тоже нашли общий язык на репетициях. Потом, когда он приезжал в Омск на съёмки проекта "Обсудим в антракте", тоже пообщались как старые друзья.
Точно так же у меня сложилось интересное общение с калининградскими артистами, с Алиной, исполнительницей роли Красной Королевы, с Татьяной, которая играет и Фламинго, и Алису. Я думаю, что наше общение продолжится. По крайней мере, в социальных сетях число подписчиков увеличилось (смеётся).
- А с профессиональной точки зрения чему вас научила Манана Гогитидзе? Может быть, помог её опыт ввода в наш спектакль?
- Манана научила тому, что, каким бы ты ни был уставшим после перелёта и смены часового пояса, нужно работать. У нас в театре в принципе принято всегда работать. Но к новогодней "Алисе", например, мы готовились четыре месяца, а у Мананы было два дня, чтобы перестроиться с питерской версии, которая идёт в двух актах, на нашу тогда ещё одноактную. Ей нужно было выучить наши танцы и отрепетировать их, выучить финалы, которые совсем другие, нежели в версии Санкт-Петербурга. Ей нужно было найти общий язык с артистами - не только со мной, но и со вторым Кроликом - Вадимом Невзоровым. Она уже успела сыграть с двумя Кроликами, так как в отличие от меня отработала в Омске три спектакля.
Мы, признаться, в театре очень ждали Манану. Гадали, как она будет работать, как к нам отнесётся - звезда она не звезда, вдруг у неё звездная болезнь. Но нет! Она абсолютной доброты человек, очень весёлая. Она настоящий профессионал - приехала и выдала то, что мы от неё ждали. Наши ожидания совпали с реальностью: "Вот она я - Красная королева!".
Этим же она заразила меня. И, когда я уже летел в Калининград, у меня была точно такая же задача. И не важно, что я устал после перелёта, неважно, что я 21-го отработал сбор по новому спектаклю в Омске и сразу полетел в Калининград. Мне нужно прийти на репетицию подготовленным, мне нужно выучить материал, мне нужно расположить к себе артистов и руководство театра. В принципе, думаю, что у меня это тоже, наверное, получилось. Но если бы не было такого хорошего знакомства с Мананой и Пашей, то у меня бы такого опыта тоже не произошло.
- Так, получается, картинку лёгкости бытия в Калининграде вы организовали максимально профессионально. Тем не менее, что для вас было технически самым сложным?
- Новые танцы. У меня уже есть такой опыт, это не первый постановочный процесс: сделали один спектакль, поставили точно такой же, на тот же сюжет, с той же музыкой, но в то же время совершенно другой, с другими танцами. И бывает так, что мозг и тело вспоминают те прошлые движения и как бы кричат: перестройся, переключись. Ведь здесь же всё новое, совершенно другое.
- Идут ли в зачёт развитию жанра все эти перемещения, смена локации?
- Я думаю, это огромный плюс, что в этом жанре могут быть приглашённые артисты. Не секрет, что в оперном жанре так бывает часто. Идёт спектакль, к примеру, "Травиата", там принимает участие приглашённый артист из оперного театра, например, новосибирского театра "Новат", Мариинского театра или из "Новой Оперы". Он входит в спектакль и работает, но при этом это не умаляет достоинства местных артистов и самого спектакля. И раз такая практика в опере есть, значит, такая практика может быть в мюзикле. Хотя у нас с жанром всё не так однозначно - почему-то любят называть мюзиклом много того, что мюзиклом не является. Это может быть музыкальная комедия или просто спектакль с обилием композиций. Мюзикл всё-таки другой жанр. У Глеба Алимовича Матвейчука это мюзиклы, потому что это отдельно взятая история. Есть материал, который лёг в основу спектакля, и он несёт свою историю с музыкой.
Очень жалко, что не все артисты мюзиклов так разъезжают, а только у Глеба Алимовича. Я думаю, было бы интересно, если бы, например, у нас в спектакль "Искусство жениться" приехал бы артист из Театра Эстрады им. Аркадия Райкина, который играет в этом же спектакле, но только в Санкт-Петербурге. Может быть, такая практика в будущем и сложится.
- Насколько "Алиса" подняла планку жанра в нашем Омском музыкальном театре?
- Повысила уровень однозначно.
- А что изменилось у вас, артистов, может быть, в подходе к работе с таким материалом и понимании самого материала?
- Изменилось восприятие жанра. "Алиса в Стране чудес" может быть не только детской - её можно смотреть в разном возрасте. Дети там увидят то, что увидят дети, а взрослые увидят то, что увидят взрослые (улыбается). Хотя я считаю, что любой детский спектакль полезен взрослому человеку. Для детей это развлечение, а каждый взрослый вынесет оттуда что-то для себя полезное, и это будет здорово. Сколько бы я режиссёров не знал, которые ставят детские спектакли, они ставят их для взрослых. Они создают историю, неважно, про Леопольда, Алису или Аленький цветочек, где каждый взрослый увидит в ней что-то своё. У нас "Алиса Стране чудес" в этом жанре, наверное, сейчас главенствующий спектакль. Да, есть "Екатерина Великая" (16+) и "Опасные связи" (18+), но "Алиса" в плане технического оснащения - лучший спектакль: там очень много микрофонов, частая смена декораций. Да, это есть и в других постановках, но это что-то новое, что даёт театру какой-то глоток свежести, и это новое должно быть.
- Вы говорили о том, что калининградские артисты - работяги. Если бы представилась такая возможность - с кем бы хотелось поработать на омской сцене? Какого бы артиста хотелось интегрировать в какую-нибудь омскую постановку?
- Мартовского зайца, конечно, Дмитрия Присяжного. Как он летает на сцене, как двигается, как разговаривает, учитывая то, что он артист балета, и то, что его рост составляет 208 см. Я сам достаточно высокого роста, но даже мне стало в какой-то момент неловко (смеётся). На самом деле, я бы их всех забрал, хотелось бы ещё раз с этими калининградскими артистами поработать. Татьяна Колясникова, которая играет Алису, такая трогательная, и Виктория Королёва.
- А как вам новое прочтение о гусеничке в постановке Калининграда? Гусеничка-девушка, я первый раз такое увидела…
- Это было очень неожиданно и круто, на самом деле, потому что девочка-гусеничка Владислава Будрикас справилась с этой комической ролью не хуже мужчин, которых я видел в этой роли. Где-то она даже была лучше, потому что ей было легче спеть, например. Да, Абсолем мужского рода, но даже Алиса говорит Гусенице: "Мне кажется, вы должны представиться первой". И неважно, кто эту роль ещё играет, Александр Серков или девочка из Калининграда (смеётся).
- Илья, если говорить о вашей работе с Кроликом, что изменилось с августа 2025 года, когда вы только начали работать над мюзиклом, по май 2026, где вы уже отыграли эту роль в Калининграде? Как изменились лично вы, идя со своим персонажем рука об руку?
- Я изменился в характере - у меня добавилось немножко эгоизма (смеётся). Думаю, что и он изменился, потому что я его воспринимал иначе. Мне очень понравилось прочтение Александры Каспаровой и Георгия Диевского. Изначально этот Кролик был неземной красавец и, если вспомнить первые показы мюзикла в Москве, эту роль исполнял Сергей Хиро - накаченный парень, который ходит в жилетке на голое тело. В нашей версии мы начали его переосмыслять. У нас он ожил что ли, получился такой собирательный образ: где-то он Киркоров и Лещенко, где-то Безруков и Михалков.
Ну и, конечно, там есть частичка меня. Я в каждую свою роль стараюсь вкладываться, отдавать часть своей души, потому что для меня это важно. Если я не буду отдаваться роли, то мне самому будет неинтересно, и она не получится. И, слава Богу, что в моей карьере было мало неинтересных ролей, которых я просто не понимаю.
Спасибо режиссёрам, которые мне объясняли, как это сделать, и педагогам, которые учили меня - и в университете, и в колледже искусств. Рассказывали, как нужно это принимать и как это нужно воплощать.
Этот Кролик, конечно, сначала был для меня очень нелёгкий, даже тяжёлый. Вокал у него откровенно теноровый: "Не падай в любовь" (поёт). Это си бемоль. И я сразу подумал: а как я это буду петь, ведь в консерватории я учился на баритон. И, если брать классический жанр, я вроде как баритон (улыбается). Спасибо Екатерине Гусар, которая занималась со мной по несколько часов, вычищала каждую нотку, каждую фразу, каждое слово. Только через две недели мы смогли с Красной Королевой спеть дуэтом в ансамбле, и то, потому что это было заучено, где-то звучало не так. Так что могу сказать, что Кролик сначала для меня в плане вокального материала был достаточно сложен.
Но теперь, если вдруг Кролика нет хотя бы раз в месяц, я начинаю скучать, меня триггерит. "Алиса в Стране чудес" теперь один из моих самых любимых спектаклей. Для меня этот образ очень дорог, я в него вложил частичку себя. Мой персонаж развивался, развивался и продолжает развиваться. И я не знаю, чем он закончится (смеётся).
- У меня, как у зрителя, в зале всегда есть ощущение, что как будто бы существование Кролика на сцене идёт параллельно всему тому, что происходит в спектакле. Он, по сути, единственный персонаж, которому вообще абсолютно всё равно на то, что происходит с Алисой, у него свои дела. Насколько тяжело это проворачивать каждый раз, выходя на сцену. Это же гениальный ход, который поражает зрителя.
- Да, это театр в театре. За это спасибо педагогам, которые говорили, что можно на сцене импровизировать, хотя это и нежелательно - режиссёры будут против (улыбается). И когда однажды Саша Каспарова сказала можно, я такой: "Спасибо, наконец-то!". Как говорили мои наставники - любая импровизация должна быть отрепетирована. А своим главным наставником я считаю Галину Александровну Кожушкину. Также один из многочисленных моих учителей - Александр Зигмундович Малявский.
Хотя, если взять жанр импровизации, который популярен сейчас (те же Антон Шастун, Сергей Матвиенко, Арсений Попов), то в театре импровизация всё-таки должна быть отрепетирована. Ты в голове её себе придумал, прописал текст, подумал над подачей, и только потом выдаёшь это на сцену. Где-то с коллегами в этом взаимодействуешь - твой партнёр говорит, как он сделает, а ты ему представляешь свой ход. И тогда это уже смотрится для всех иначе.
А у Кролика абсолютно своя история, он эгоист, у него своя жизнь. Он любит себя и свой театр. Ему Алиса не очень-то важна - ему важен он сам.
- Насколько этого эгоизма не хватает людям в жизни? И можно ли его в себе воспитать?
- Думаю, что да. Я и друзьям своим часто это говорю, и самому себе. Я фанатик - иногда забываюсь в театре так, что сам для себя отхожу на второй план. А так быть не должно. Ведь, чтобы тебя любили, нужно, прежде всего, любить себя самому. Но не так, как Кролик, конечно. Он чуть-чуть переборщил в любви к себе (смеётся). Но какая-то доля любви к самому себе должна быть, и для каждого человека она должна относиться к Богу. Потому что как ты к себе относишься, так и окружающие к тебе будут относиться.
- А вот эта молодость в команде, юный возраст и артистов, и постановщиков, даёт этот заряд энергии?
- Как раз-таки этот заряд энергии даёт молодость, потому что театр - дело молодых. И даже если тебе 70, то ты молод душой, потому что взрослых артистов не бывает. Вообще, в принципе, не бывает взрослых людей. Это всего лишь постаревшие дети, просто они об этом забыли. И эта энергия, слаженность коллектива, юмор и сила духа каждого участника - всё это мы несём в массы через сцену.
- Во время сцены с Красной Королевой, когда ваш герой произносит ей свой признание, он говорит о том, что был в неравном бою с Бармаглотом. В фильме перед боем с Бармаглотом Алиса вспоминает о том, что по завету отца она должна каждое утро заставлять себя поверить в шесть чудес. Илья, в какие шесть чудес вы бы хотели поверить?
- Наверное, хотелось бы поверить в искусство, потому что искусство - это чудо. Оно не должно иметь рамок и каких-то границ. Искусство - будь то театр, живопись, рисование, музыка - должно развиваться. Оно не должно быть запрещено, у него не должно быть границ. Хотелось бы, чтобы оно было у каждого, чтобы каждый человек его замечал. Будь то бригадир на заводе или артист театра. Ещё одно чудо - любовь. Я в неё верю, мне с любовью повезло, хочу, чтобы и у всех людей была любовь, у моих близких и друзей. У каждого человека должна быть своя половина. Любовь творит чудеса, она тебя делает счастливым.
Третье чудо - чтобы у каждого из нас было спокойствие. Сегодня это тоже чудо, потому что быть уравновешенным человеком не каждому дано. Конечно, улыбка - это чудо, каждый должен улыбаться. Есть такое интересное изречение: наш мозг, даже если ты улыбаешься фальшиво, всё равно воспринимает это за улыбку, вырабатывается гормон счастья.
Хочется мира, что тоже своего рода чудо. Ну и шестое - вера в чудо. Поверить в чудо - это тоже чудо. Потому что в нынешних реалиях многие перестают верить в чудеса. Они устают на работе, у них много проблем, рядом нет родных и близких, и они перестают верить в чудеса, даже какие-то маленькие. Вот, например, идёшь по улице и, когда ты подходишь к пешеходному переходу, сразу загорается твой зелёный свет. Это же тоже маленькое чудо!
- А как не забывать об этом? Ведь не всегда можно заставить себя улыбнуться?
- Я думаю, нужно просто не терять себя и своего внутреннего ребёнка.
"Алиса в стране чудес" (6+) - проект Театральной компании Глеба Матвейчука, поставленный в нескольких городах России. В Омске он был воплощён в соавторстве двух режиссёров - Александры Каспаровой и Георгия Диевского. Возможность сыграть в спектакле артисты получили по итогам открытого кастинга. Постановка снискала любовь публики самых разных возрастов, поэтому Омской государственный музыкальный театр принял решение включить её в вечерний репертуар и добавить антракт. Ранее мы пообщались со зрителями и создателями мюзикла "Алиса в Стране чудес" и выяснили, что может получить человек, выбирая историю про девочку-подростка и неунывающего Шляпника. Как далеко от каждого из нас дверца, за которой окажется мир мечты? Какой "укол" для юных сердец приготовили в театре и как применить зрительские переживания на практике, разбираемся в этом материале. Сейчас мюзикл "Алиса в стране чудес" претендует на звание музыкального спектакля года. Он вошёл в лонг-лист Национального фестиваля и премии "Музыкальное сердце театра".
Фото: Илья Петров
