Омск впервые принимает архитектурный фестиваль "Зодчество в Сибири". С 9 по 12 июля местные и приглашённые эксперты будут дискутировать о локализме и глобализации, уникальности и однотипности архитектуры сибирских городов. Впрочем, фестиваль - это событие не только для профессионалов. Для горожан подготовили большую программу "Архитектурные выходные", погружающую в урбанистику и процесс проектирования городов. О пользе такого опыта и том, почему у хорошего проекта может быть скверный результат, мы поговорили с Ефимом Фрейдиным, архитектором, членом оргкомитета фестиваля.
- Ефим, почему важно провести такой масштабный фестиваль в Омске?
- Мне кажется, есть ощущение, что архитектура была, была, а потом её не стало. В прошлом году появилась новая команда правления омского отделения Союза архитекторов России, они сделали несколько крупных для себя событий: выставка "Своя линия", летняя архитектурная школа по развитию кластера "Электроточка" и Дни архитектуры осенью. Логичным завершением этого большого цикла было бы участие в "Зодчестве в Сибири", поэтому мы замахнулись на такую историю.
Важно, чтобы омичи понимали, как работают архитекторы. Есть стереотип: когда на улице что-то делается неправильно - появилось здание, опубликовали картинку [проекта], сделали благоустройство, - горожане говорят: "О чём думал архитектор?". Но не факт, что архитектор там появлялся. Мы же покажем множество объектов, где архитектор появлялся: придумал концепцию здания или пространства и довёл её до реализации. Эту кухню мы покажем через массу проектов, которые являются промежуточной стадией реализации. Ведь когда ты придумал что-то, тебе надо рассказать заказчику, инвестору, что ты планируешь сделать на этом месте, чтобы они вложили свои деньги и труд. А если это общественное пространство, то надо рассказать горожанам, чтобы они почувствовали, что это место для них. В городе есть такие проекты, на которые горожане активно реагируют: где-то нельзя пройти, где-то высоковато или слишком ярко. Но при этом архитекторы, представляя концепцию на градостроительном совете, доказали своё решение и прошли путь до реализации проекта. И это всегда достойно уважения. Процесс реализации сложный, современное законодательство не всегда позволяет архитектору участвовать во всех его этапах. Иногда меняется коллектив, заказчик, меняется ситуация, проекты. Поэтому важно показать работы, доведённые до реализации и проконтролированные одной рукой.
Ефим Фрейдин
- То есть залог создания хорошей локации - это полноценное участие архитектора?
- На мой взгляд, да. Архитектор (или авторский коллектив) - это единственный человек на стройке и в проекте, который представляет изначально всю картину. Он понимает, из чего здание состоит, как оно структурируется, от чего можно отказаться или что-то добавить, если возникает такая необходимость. Он понимает, что сказать строителю, чтобы здание реализовалось так, как было задумано. Другие участники процесса, как правило, не владеют этой информацией. Архитектор выражает свою идею в виде проекта, визуализации, документации для строительства, а также находясь непосредственно на площадке.
- Какие проекты горожане увидят на выставке в рамках "Архитектурных выходных"?
- Омские архитекторы представят проекты, которые обсуждались на градсовете Омской области, но не были опубличены. Это, например, деловой комплекс в Больничном переулке. Будет выставка "Омск в проектах архитекторов", покажем пока не реализованные концепции общественных пространств. Мы проанализировали период с 2010 по 2025 год и выбрали около 40 проектов. Покажем визуализации, основные планы, локации. Архитекторы проектировали по всему городу, не только в центре. Хотя центр требует особого внимания, так как это знаковое место. Здесь могли разрабатывать три, четыре, пять концепций на одно место, и это тоже интересно - посмотреть разные решения для площади Бухгольца или улицы Тарской. Есть и локации в других районах, например, площадь Лицкевича или дендросад им. Гензе. В 2020 году был принят Генеральный план - 2040, и там представлена целая система общественных пространств и их структура, так что омские архитекторы проработали и отдельные локации, и в масштабе всего города.
- Насколько важно архитектору гулять, исследовать город и его различные точки?
- Мне кажется, это важная вещь - гулять ногами и говорить с людьми на первых этапах проектирования. В конце 2000-х - начале 2010-х мы "внезапно" узнали, что такое урбанистика, общественное пространство, появились активные граждане, которые стали включаться в защиту и поддержку проектов. Например, мы помним, как 10 лет назад реконструировался Любинский проспект, и там был момент разработки концепции с участием горожан, для этого проводились проектные семинары. Мне кажется, большим уроком от Любинского проспекта стало то, что мы стали проектировать, начиная с исследования территории. Исследование - это пройти ногами, почувствовать место. Это средневековый метод: архитектор всегда выходил на площадку и смотрел, где лучше что-то сделать. Но поговорить с людьми - это новелла последних 50 лет, которая наконец-то дошла до России, довольно активно применяется в проектировании малых городов и отличает именно нынешний период. Это важно, в том числе, чтобы не возникали конфликты в процессе или после реализации проекта. Когда ты подключаешь горожан на первом этапе, ты понимаешь их запросы, то, как они пользуются этим пространством и какие сценарии будут. Мы специально организуем этот процесс, делаем площадки для обсуждения, на которых разные группы горожан между собой решают, чего они хотят, а мы фиксируем их запросы и отвечаем на них профессиональными архитектурными решениями.
- К удачным примерам таких пространств можно отнести набережную Тухачевского в районе стрелки Иртыша и Оми (на фото выше)?
- Да. Это проект 2017 года, который мы начинали с москвичами. К чемпионату мира по футболу 2018 года и запуску проекта "Формирование комфортной городской среды" в 40 городах предложили создать проекты ключевых общественных пространств. Для Омска выбрали набережные от метромоста до Ленинградского моста. К тому моменту прошли ремонт Любинского проспекта и конфликты вокруг улицы Валиханова, и мы, наученные этим опытом, предложили сделать сначала проектные сессии, позвать горожан и спросить их, что они хотят видеть на набережных и как они хотят их использовать. Проанализировали конкурсные проекты крепости 2013-2014 годов. Были варианты создания тёплых набережных, связанных, скорее, с павильонами. Но для этого места архитекторы сделали панорамную площадь в ответ на запрос горожан. Проектирование началось, когда территории ТЭЦ-1 и апарт-отеля были ещё пустырями. Звучали требования пешеходной набережной с разделением потоков (потому что все мучились от велодорожек на пешеходном тротуаре), с озеленением, местами для отдыха, потому что в 2010-х скамеек на набережной почему-то не стало. Мы сделали такое пространство и ввели сюда идентичность города, а это другая сторона работы архитектора. Мы проанализировали, как проходил вал крепости. Иртышские ворота же не просто так стояли, в своё время к ним подходил вал. И придумали световую инсталляцию в виде столбиков-фонариков, которые по высоте равны крепостному валу и показывают, что здесь был полубастион крепости. Эта набережная - ещё и знакомство жителей с историей города.
- Архитектор был с этим проектом от начала до конца?
- Да. Я был куратором в разработке концепции, занимался проектным исследованием, ходил здесь ногами с декабря по март. Потом в марте 2017-го организовали проектные сессии, и я наблюдал за тем, как мои коллеги из концорциума Архитектурной группы РИМ - Олег Фрейдин, Андрей Сергеев, Андрей Седачёв, Ольга Кулагина разрабатывают концепцию (у нас был разделённый функционал). И в 2022-м к нам обратились за актуализацией концепции, разработкой проекта благоустройства территории. Вместе с ЦКГС и ПБ РИЦ мы сделали рабочую документацию, и когда в 2024 году инвестор решил вложиться в набережную, уже было понятно, на что тратить деньги. Авторский надзор был, до сентября прошлого года я здесь появлялся. Я был удивлён, что всё получилось. Потому что нам сроки сдвинули, сдачу поставили на месяц раньше, но прекрасные управляющие проектом и бригады, которые здесь работали, всё успели.
- Что ощущает архитектор в момент, когда его проект реализуется?
- Реальную радость. Про меня говорят, что я задумчивый, хмурый и грустный человек, сижу на градсоветах и всех критикую. Но [радуешься], когда твой проект реализован и люди им пользуются так, как задумано, или даже не так, как задумано, а придумывают новые способы. Например, тут на крыльце любят кататься на скейтах, великах, потому что, как говорят, у склона очень удобный угол.
- Горожанин всегда, в некотором смысле, переигрывает архитектора, добавляет что-то ещё своё.
- Отчасти да. Это пространство открывалось в День города, и всё было закончено за два дня до него. Мы спорили о ширине набережной, ширине транзита. Я считаю, что 6 метров - это транзит городской набережной. В День города здесь ходили 60 тысяч человек, и я увидел, как они друг другу не мешают. То есть это подтвердило гипотезу, и место стало точкой притяжения, сюда и по выходным, по вечерам приходят, и ночью здесь сидят, наблюдают за берегом, за подсветкой моста, за рекой, или просто встречаются здесь. Оказывается, работает всё, что мы планировали: зоны транзита, зоны тихого отдыха и велодвижения. А фотозоной стал вид на реку, окружающую архитектуру.
- Вернёмся к фестивалю "Зодчество в Сибири". На него приедут специалисты из других городов. Насколько вам важен взгляд коллег со стороны? Или всё-таки лучше, когда работает только местный архитектор?
- Мне кажется, внешний взгляд тоже важен. Если "внешний" архитектор приходит в город (а такая ситуация у нас стала регулярной), то важно подключать локального архитектора для взаимодействия, совместного проектирования, предпроектного исследования, сопровождения проекта на местах. Потому что мы понимаем историю этих мест, историю проектирования. Для набережной Тухачевского за 50-60 лет создано до 20 разных проектов, из них в сухом остатке остаются некоторые решения, которые можно реализовать. С этой точки зрения, лучше брать местную "помощь клуба", когда приходят проектировать. А с точки зрения просто обмена опытом, абсолютно важен приезд архитекторов из других городов, например, в Казани и в целом в Татарстане гениальный опыт. Так, как они подходят к экологии города, к сохранению озеленения, к развитию водно-зелёного каркаса, не подходит никто. Надеюсь, с нами поделятся этим опытом. Ведь мы делаем первые шаги в таком типе благоустройства - пытаемся сохранять зелёным берег и ставить зелень в общественных пространствах, и понятно, что всё это может критиковаться.
Также архитекторы могут посмотреть на наши общественные пространства, знакомые и незнакомые им. Потому что с 2010-х годов у Омска есть определённый имидж - место, где всё не очень хорошо. Любинский проспект, дружелюбие омичей, открытость пространств, центр города всегда удивляют. Гости из Новосибирска и Екатеринбурга всегда радуются этому, потому что эти города уже потеряли этот масштаб из-за высокоплотной, высокой застройки центра. В Омске исторический центр отделён от новой застройки на улицах Гагарина и Интернациональной, и такой контраст хорошо чувствуется. Другим архитекторам нужно это почувствовать, чтобы по-другому относиться к своим городам.
У нас прекрасная малоэтажная застройка исторического центра города с хорошим масштабом двух-трёхэтажного Любинского проспекта. Просто не очень заметен рельеф, хотя он есть в центре города. Омск находится на равнине, но с активной поймой рек. И этот рельеф очень умно обыгран архитекторами: дом Шаниной, центр "Эрмитаж-Сибирь", поликлиника №1 (располагаются в здании страхового общества "Саламандра" 1913-1914 годов постройки - прим. ред.). Важно это чувствовать. Кроме исторических решений, есть и современные: бизнес-центр на ул. Гагарина тоже на рельефе находится, там перепад в шесть метров, но здание очень умно поставлено.
- Почему омичам стоит прийти на фестиваль и погрузиться в будни архитекторов?
- Мне кажется, это как смотреть футбол. Как каждый играет в футбол, так и каждый разбирается в том, как город должен быть спроектирован. На фестивале можно познакомиться с архитектурой и её кухней, увидеть диапазон, как сейчас строят в Иркутске, Новокузнецке, Красноярске, Новосибирске, как проектируют, из чего состоит проект, насколько сложно идею довести от эскиза до реализации. И это повысит уважение к профессии. Вы узнаете новые имена или те, что были забыты в какой-то момент. Когда мы знаем в лицо архитектора, автора проекта или команду, мы по-другому относимся к их трудам, к зданиям, пространствам, к защите их проектов на градсоветах. Это позволит понять роль архитектора в городе - от идеи до реализации. Первые шаги сделал архитектор, и только затем заказчики, управляющие проектом, строители помогли реализовать эту базу. Это большая командная работа. И фестиваль покажет весь этот диапазон.
Что интересного готовит фестиваль для детей и зачем вовлекать в архитектуру совсем юных, "Омск Здесь" обсуждал в интервью с куратором детского трека, архитектором и сооснователем художественной студии "Север" Юлией Ворониной. О поиске аутентичного в урбанистике нам рассказал один из приглашённых спикеров, управляющий партнёр в компании "Проектдевелопмент" (Красноярск), доцент кафедры архитектурного проектирования Сибирского федерального университета Антон Шаталов. Подробную программу фестиваля "Зодчество в Сибири" можно посмотреть на его сайте.
