Андрей Иванов: "Я чувствую себя абсолютно спокойным, потому что все действия были в рамках закона"
Интервью  •  ИА «Омск Здесь»  2 февраля 2016, 16:00, последнее обновление 22 декабря 2016, 04:28  •  печать

Андрей Иванов: "Я чувствую себя абсолютно спокойным, потому что все действия были в рамках закона"

Бывший генеральный директор ВК "Омичка" Андрей Иванов рассказал, что не боится внимания следователей к своей деятельности в клубе. В свою очередь, юрист клуба Юрий Хохлов прокомментировал, насколько законно было заключение Ивановым двойных договоров с агентскими организациями.

Андрей Иванов  •  руководитель омского отделения ДОСААФ, бывший руководитель ВК "Омичка"

Нынешний гендиректор ВК "Омичка" Ольга Крикорьянц 22 января подала в Следственный комитет заявление с просьбой возбудить уголовное дело в отношении вас и Ярослава Ворожко. Она утверждает, что вы в качестве директора подписывали договоры с агентскими организациями "Про-Волей Консалтинг" и "Про-спорт" о поиске игроков, хотя они уже выступали в клубе. Из-за этого сейчас идут судебные разбирательства. Как Вы реагируете на подобные заявления? Зачем подписывали соглашение в 2014 году, где признавали задолженность клуба перед "Про-волей консалтинг"?

Я чувствую себя достаточно спокойно, раз будет разбираться Следственный комитет, то наверняка докопается до всех этих моментов, которые закреплены документами. Вот смотрите, здесь же написано: "заказчик соглашается с тем, что 1 августа 2014 года имеет перед исполнителем задолженность по договору №9 от 15 августа 2011 года". То есть основания для взыскания - это же договор, но никак не соглашение о признании задолженности.

Зачем тогда нужно было соглашение с агентами?

Соглашение о признании задолженности нужно было для того, что у человека истекало три года. Право иска он теряет по истечению трёх лет, и, соответственно, он был вынужден подать в суд для того, чтобы начинать взыскивать с "Омички" эти деньги. Я просто оттянул время, чтобы дать возможность "Омичке" играть. Вот и всё. Также я подписывал гарантийные письма игрокам в связи с тем, что им не была выплачена зарплата. Но во время моего действия в должности генерального директора мы вообще выплатили всем задолженность по зарплатам и все налоги погасили. На апрель прошлого года у нас было всё погашено день в день. А я пришёл после того, как прошли три комиссии - из контрольно-ревизионного управления, министерская и ещё одна какая-то. Они выявили эти финансовые нарушения, из-за чего пришлось принимать губернатору решение о смене руководства. Вот и всё. К тому времени, как я заступил, таких задолженностей было очень много: по НДФЛ большие висели суммы, по зарплатам - порядка 70 миллионов было это всё. И для того, чтобы обеспечить деятельность клуба, чтобы его не затормозили, не арестовали счета, и подписали такие соглашения. А что здесь криминального?

Если бы Вы не подписали соглашение, тогда бы на клуб подали в суд. Но сейчас такая же ситуация.

Такая, но позже на два года. А это время клуб же играл, и мы погасили долги по зарплате все. Это разве не стоит того? Тем более, что это никакой ответственности не влечёт за собой, если говорить юридическим языком. Хочу сказать, что я не читал это заявление, которое написала Ольга Робертовна, и поэтому не могу по существу говорить, о чём оно. Вы, я думаю, тоже не читали. С чьих слов вы это знаете?

Ольги Крикорьянц.

Это она сказала, да? Ну, тогда все вопросы ей и задайте. Она была главным бухгалтером в тот момент, и перед сменой руководства было проведено три комиссии. Проверка контрольно-ревизионной комиссии выявила нецелевое использование средств. В связи с этим было принято решение губернатором назначить нового генерального директора. Вот и вся моя позиция. А что касается чистоты всех действий моих, то это определит следственный комитет. Сейчас мы можем только субъективно с вами рассуждать на эту тему: вы, имея позицию свою, Крикорьянц - свою позицию, а я - свою. Есть язык документов, которые будут наверняка изъяты, проанализированы специалистами, и сделаны выводы. И я считаю, что чем быстрее это произойдёт, тем яснее будет ситуация. Я чувствую себя абсолютно спокойным в этом отношении, потому что знаю, что все действия были в рамках закона.

Ольга Робертовна утверждает, что если бы Вы в 2014 году не подписали соглашение о признании задолженности, то исковые требование агентств бы уже истекли.

Анализ всех этих документов и действий сделает следственный комитет. Что касается целесообразности подписания аналогичных договоров, то лучше задать вопросы предыдущему руководителю: почему на тот момент, имея бюджет условно в одну сумму, договора подписывались на совершенно другую, во много раз больше. Вот и задайте руководителям тем, кто был до моего вступления в должность. За них я говорить не могу. А целесообразность подписания соглашений вызвана была ситуацией, которая создалась вследствие подписания тех договоров. Эффективность управления руководителя какие критерии оценки имеет, по вашему мнению? Выплачены ли зарплаты, так? Заплачены ли налоги, так? Ну, и посмотрите, за время моей работы на этой должности были выплачены зарплаты или не выплачены? Они на 100% были погашены. День в день. Месяц в месяц. Были ли погашены налоги или не погашены? Посмотрите, и вам всё будет ясно. Сколько бы я здесь ни говорил вам, всё равно язык цифр говорит больше, чем слова, правильно?

Вы пришли на пост руководителя, увидели "своеобразные" договоры с агентскими организациями. У Вас не возникло вопросов, почему на одних и тех же игроков перезаключались новые договоры с агентскими организациями? Может быть, предыдущий руководитель какие-то пояснения давал?

Наверное, вам стоит ознакомиться с работой и регламентами таких федераций, как хоккейная. Там в самом регламенте работы закреплены эти "агентские" вещи, установлен определённый процент. В волейбольном регламенте этого нет, там проценты произвольные - как договорится руководитель клуба. Соответственно, это даёт право и возможность агентам манипулировать многими клубами. Особенно там, где все игроки находятся или пришли от одного агента. Что и произошло в Омске. Практически 80 % пришли от одного агента, и в том числе и тренер. Они старались диктовать свой стиль работы в клубе, и это у них получалось в предыдущие годы. Договоры были на тот момент, когда я пришёл, заключены на два-три года. И заключены таким образом, что клуб там был бесправен, а все права и приоритеты были сконцентрированы на стороне агентов и самих игроков. Что касается сегодняшнего положения, то в 2015 году новых игроков мы набрали, и если вы возьмёте и посмотрите эти договоры, там целиком клуб может диктовать любые условия и волен даже без всяких компенсаций расставаться с игроками. Такие договоры мы заключили с новыми игроками, которых набирали. А то получилось просто как наследство, да и всё, что и создавало трудности в руководстве и почему накопились такие долги. Там было очень много таких моментов, что например, зарплата начислялась не в полном размере, а 90 %, и в течение года эти 10 % копились в долгах. Соответственно, через год-два эти игроки предъявляют те 10 %, которые были недоплачены год-полтора назад. Мне тоже это было очень странно. Более того, странно стало, что один агент руководит клубом.

Когда я в 2014 году пришёл, Ворожко оставил спортивным менеджером работать, а Ольга Крикорьянц осталась у меня советником по спорту. Они полгода не уходили никуда из клуба и сопровождали все эти договоры. Все взаимоотношения с агентами вели, можно сказать, они. В частности, Ярослав Ворожко. В 2014 году мы вообще могли первое место занять, однозначно. Но там началась манипуляция в финале. Когда мы играли с московским "Динамо", Маммадова за пять минут до игры отказалась играть. Почему? Никто не объясняет. Но это всё создается тем, что все от одного агента. И агенты просто манипулируют игроками, которые находятся в команде, и могут диктовать политику. Как они скомандуют, так игроки себя и ведут. Потому что они закреплены юридическими отношениями с игроками, где полностью право представительства и право решения передаётся агентам. Вот и всё.

На Маммадову было наложено какое-то финансовое наказание?

А, какое там! Все договоры были составлены в пользу игроков, но не клуба. Клуб там, получается, был бесправен. Но как бы то ни было, это ведь всё юридические документы, и никуда ты их не денешь. Оно же должно по соглашению сторон подписываться. Я встречался и с одним агентством, и со вторым, и с третьим. Люди, которые могли заработать, встали в позу, там даже никто не захотел разговаривать о снижении этих сумм. И могли просто саботировать, не выйти на игру и сразу же предъявить все требования о выплате компенсации в размере годового оклада. А оклады-то очень приличные. Кто-то получал за год десять миллионов, кто-то - восемь, кто-то - пятнадцать. Представляете, если бы я с ними со всеми расторг договор, какие убытки бы понёс клуб. Очень огромные. И эти убытки были законными, потому что договоры были заключены, вот в чём смысл-то всего. Здесь в двух словах не объяснишь, вырвав из контекста какое-то одно действие. Здесь нужно в комплексе рассматривать все эти вещи. Поэтому я и зашёл по просьбе губернатора, потому что сложилась такая ситуация в клубе. За этот год частично были выделены деньги из бюджета, частично нашли спонсоров, с помощью которых мы погасили все задолженности по зарплатам и налогам. Это же приоритетные направления для руководителей любого уровня и любого предприятия. То, что мы сделали с губернатором, возымело действие, никого не бросили, никого не кинули. Там даже по многим договорам были такие премии, не буду озвучивать эти цифры, но они в два-три раза превышали премии самых лучших игроков России. Поэтому пусть следственный комитет разбирается, насколько это целесообразно было в тот момент. Такие убытки понесли ещё и потому, что начался рост доллара по отношению к рублю, а у некоторых иностранных игроков и, в том числе, тренеров были в договорах закреплены зарплаты именно в валюте, и они требовали компенсации. Например, Маммадовой выплачено было всё, а теперь она премию предъявляет в суде с учётом роста евро. И этот долг, который на сегодня закреплён в Швейцарии, как раз и предъявлен по отношению к этой премии, которая была в рублях. Что касается многих остальных игроков, то они до меня уже ушли, их даже при мне-то и не было. Поэтому вырывать из контекста одну бумагу и по ней делать какую-то оценку мне, будет некорректно. Здесь нужно смотреть общую ситуацию во всей федерации.

В договорах с агентскими организациями, в том числе с "Про-Волей Консалтинг", был пункт о том, что даже если найденный игрок продолжает играть в новом сезоне, Вы снова должны выплачивать за него агентский сбор?

Ещё раз повторяю, в регламенте не сказано ничего об агентах. Поэтому руководители, заключающие договоры с агентами, произвольно и свободно интерпретируют любые условия, которые они по обоюдному согласию захотят внести в договор, - от пяти до пятнадцати процентов. И всё правомерно. Так принято в спорте. Это же не только в наших клубах, так и во всех остальных. Чем руководствовались, заключая такие договоры кабальные? Не своими интересами, а интересами кого-то другого. Но я не готов давать оценку действий этих людей. Я только за себя вам говорю и то, что происходило при мне. Свою задачу я выполнил, ту, которую губернатор ставил. Поэтому и ушёл с этой должности, потому что на тот момент та задача была решена. Усилиями и губернатора, и замов. И я благодарю тех, кто участвовал в спонсорской помощи "Омичке", что очень многие откликнулись в Омске. Но приоритетными целями и задачами была выплата зарплаты игрокам. 

Юристы, ссылаясь на регламент волейбольной федерации, говорят, что такие договоры заключаются между агентами и спортсменами, а не между клубом и агентской организацией. И значит, если в клуб пришли Юрьева, Терёхина, Сак, Алишева, Белькова, то они и должны были оплачивать услуги агентов.

По-разному бывает. Регламент - это порядок действий, и в волейбольном регламенте нет даже самого понятия "агент". Поэтому всё произвольно - кто как с кем договорится, на каких условиях, у кого есть какие возможности. Есть возможность большие платить вознаграждения агентам - клуб платит. Нет возможности, значит, не платит. Все договариваются на берегу. Но на что рассчитывало предыдущее руководство, я не готов оценку давать этому.

Здесь сугубо индивидуальный подход. Тренер говорит, что нужен, и некоторые директора слушают тренеров, а некоторые не слушают и заставляют делать то, что необходимо в интересах клуба. Но опять же, когда в сезоне 2014-2015 год у нас было собрание и конференция с губернатором, он задавал вопрос главному тренеру - как вы рассчитываете? Он говорит: мы рассчитываем играть. Губернатор ставил задачу - первое место. Но первого места не было, хотя фактический бюджет приближался к уровню казанского и московского "Динамо". А планировался другой бюджет, намного меньше. Тем не менее губернатор выдержал эту линию, и никто из игроков не остался без зарплаты, и налоги все проплачены. Единственное, сыр-бор теперь только с агентами. С ними и я много встреч проводил, беседовал, предлагал снизить ставки в связи с ростом валюты, но никто на встречу не пошёл. При мне, наверное, мы ни одному агенту не выплачивали, только самые минимальные суммы - 300-500 тысяч. В самом начале, в апреле, когда я только заступал, впервые за два-три года оформлялись документы на выплату двух или одного миллионов за игроков. А то, что за игроков каждый год платить, это было закреплено в договорах. В любой суд они пойдут, и любой суд признает их правоту. При мне арестовывались счета, в декабре, потому что тогда был такой момент, что мы половину выплатили зарплат, а половину - нет. И агенты пытались воздействовать на руководство и манипулировать. Но я ещё раз повторяю, что позиция самого директора любого спортивного клуба, в частности волейбольного, складывается из взаимоотношений с командой, с агентами.

Почему эти тонкости не прописаны в регламенте?

Это не ко мне вопросы, это в Государственную Думу или в федерацию волейбола. В федерации волейбола много делают в этой части и в части развития волейбола. В мою бытность приветствовали нашу инициативу открыть интернат по воспитанию волейболистов. Когда я пришёл, в Омске были практически все иностранные игроки, омичей-то не было. Я доехал до Шевченко (Сергея - президента Всероссийской федерации волейбола - прим. ред.), мы с ним проговорили концепцию развития омского волейбольного клуба, что мы сделаем интернат по воспитанию волейболисток. В 2015 году набрали человек 12-13, они размещались в "Рассвете". Наиболее талантливые волейболистки даже с европейской части страны к нам приехали. Мы выстроили свои действия в соответствии с требованиями волейбольной федерации, работали достаточно согласовано с ними. Развивали это дело в интересах федерации и в интересах Омской области в том числе. А то, что зарплаты такие большие, я тоже не согласен с этим. Они того не стоят, но так сложился рынок. Что с этим делать, не от нас с вами зависит, а от политики государства. Мы её опять же сегодня оценивать не будем.

Чем закончилась инициатива с интернатом?

Тем и закончилась - прекратилось финансирование, и мы девочек распустили всех по домам.

Финансирование было бюджетное?

Да, через субсидии. Двоих мы оставили, они одни из самых лучших. Руссу сейчас играет, она из Югры. Ефимова и Бондарева были кандидатами в сборную по пляжному волейболу в Бразилии. Они через полгода после сборов приехали и очень прибавили. Сегодня Ефимова - в десятке лучших атакующих. Они же молодые, у них сейчас уникальная возможность играть в 18-19 лет с мастерами. Я думаю, что к концу сезона они будут достаточно высокого уровня. Главное - дух-то есть. Они борются. Если бы не боролись, то можно было бы другие оценки давать. А они борются, и это им честь делает. Необходимо выстраивать отношения с федерацией, чтобы активно обмениваться спортсменами и методиками.

Вы пришли, когда в клубе было много дорогих профессиональных иностранных игроков. Сейчас "Омичка" состоит полностью из молодёжи. Федеральные эксперты говорят, что такая полярная ситуация очень редка для России в принципе. Только ещё одна московская команда - "Одинцово" в таком же положении. Как Вы считаете, стоит растить свои кадры, если есть возможность купить профессионалов?

Смотря какие цели преследовать. Если вы преследуете цели развития волейбола, то стоит своих выращивать и ставить к ним выдающихся спортсменок, чтобы им было к кому тянуться. Но нужна массовость. В основной команде работает всего 68 человек. Но есть и молодёжная сборная Омской области, и есть спортсмены 14-15 лет. Многие омские тренеры достаточно с душой относятся к своей работе: ходят по школам, выбирают девочек, мы их отправляем на сборы. Ветеранов приветствуем, в Анапу раз в год отправляли их на игры среди ветеранов. Мастерство складывается из массовости. А в целом-то какая цель у нас? Здоровье нации. Как вы считаете, стоит развивать или не стоит? Сами отвечайте на вопрос. Вся эта шелуха, которая вокруг нашего клуба носится, со временем опадёт, клуб работает. Главная задача заключалась (и её выполнил губернатор) в том, чтобы клуб сохранить. В этом году из Суперлиги никакая команда исключаться не будет, поэтому у девочек есть, ещё раз повторяю, уникальнейшая возможность повышать своё мастерство. Это и стимул для молодых девчонок, которые мечтают волейболом заниматься или уже занимаются, но по возрасту ещё не доросли до высших команд. В целом, это же радость за наш народ, жители города и области с удовольствием ходят смотреть в СКК игры волейбольной команды. Кстати, по итогам 2014 года (отчасти это и заслуга предыдущих руководителей) у нас был абсолютный рекорд по посещаемости волейбольных матчей. Даже европейская лига выделила премию в размере 7,5 тысячи евро за первое место по посещаемости именно нашего клуба. Спорт - это мир, поэтому надо мирно к вопросам всем этим относиться и добросовестно.

Интервью с Андреем Ивановым мы показали юристу ВК "Омичка" Юрию Хохлову, чтобы он прокомментировал слова экс-руководителя.

Странная позиция - представляешь волейбольный клуб, и, чтобы помочь агентскому обществу взыскать денежные средства, подписывается соглашение. Но вопрос не в этом. Может быть, он действительно видел эту необходимость защитить агентов, но весь вопрос в том, что всё это соглашение (или, по крайней мере, значительная его часть) построено на ложных, несоответствующих действительности актах об оказании услуг. Например, упоминается спортсменка Белькова. Она работала в нашем клубе с 2010 по 2013 год на основании срочного трудового договора. Несмотря на то, что она пришла в клуб до 2011 года и продолжала работать в 2012-2013 годах, были подписаны акты, а Иванов включил их в соглашение на 900 тысяч рублей. То есть услуги просто не могли оказываться, это наш работник, зачем его подбирать снова в наш клуб? Несмотря на это Иванов подписывает соглашение. Зачем? Я думаю, что какие-то очень существенные нарушения здесь есть. Спортсменка Терёхина пришла в клуб в 2011 году, уволена в 2013-м, а подписывается акт в 2011 году на 70 тысяч и в 2012-м на 160 тысяч. Но сейчас мы нашли ещё одно соглашение 2011 года с совершенно иным агентским обществом "Спорт Менеджмент Групп", согласно которому именно это общество в 2011 году оказало услуги и именно на эту сумму - 70 тысяч, которое Иванов подписал в пользу ООО "Про-Волей Консалтинг". Я считаю, что если ты даже хочешь помочь своему контрагенту, то нужно делать это на основании подлинных, а не фиктивных документов. Эти обстоятельства мы и просим проверить. Почему Иванов подписал не просто документы о задолженности, а документы, не соответствующие действительности?

Андрей Иванов должен был все документы перепроверить?

Да. Было два договора. По одному - от июня 2011 года, подписанному бывшим президентом Шумаковым, также оказывалась часть услуг. Срок взыскания по тому договору действительно истекал. Второй договор подписывал Ворожко, и спортсменов, которых привёл в клуб Шумаков, почему-то включили туда же, хотя в действительности все эти спортсмены уже являлись работниками нашего клуба. Конечно, он должен был проверить. Весь вопрос даже не в договоре, ведь договор мог подписать любой. Здесь вопрос - выполнялись ли работы по этому договору и, соответственно, должны мы кому-то деньги или нет. Так вот значительная часть этих актов просто фиктивна. Никаких услуг не оказывалось.

С "Про-спортом" тоже существовало аналогичное соглашение?

Со стороны Иванова имели место гарантийные письма. Он уделяет очень много внимания тому, что был один агент, который диктовал волю клубу. Но даже из этого мы видим, что было несколько агентских обществ, и акты подписывались (и в том, и в другом случае) в отношении спортсменок, которые уже в нашем клубе работали, то есть никаких работ по подбору не проводилось. Почти все акты по другому обществу подписаны Ворожко, Иванов подписывал гарантийные письма, что он обещает оплатить эти денежные средства.

Вы привели в пример Ольгу Терёхину - у неё был договор вообще с другой организацией. По документам этим агентам выплачивались какие-либо деньги?

Нет. Та организация не предъявляла совершенно никаких требований до настоящего времени. Видимо, наши бывшие руководители тогда и решили эти деньги отдать совсем другим людям, которые к Терёхиной вообще никакого отношения не имели. Они взяли, перераспределили деньги, так сказать, своим друзьям.

Андрей Иванов в интервью утверждал, что в регламенте волейбольной федерации нет чётких правил, с кем агент должен заключать договор - со спортсменом или клубом. Как можете прокомментировать его слова?

Я думаю, он недостаточно изучил документы Всероссийской федерации волейбола. Согласно положению о реестре спортивных агентов ВФВ, агент - это физическое лицо, которое на временной или постоянной основе осуществляет деятельность, состоящую в установлении контакта между сторонами, заинтересованными в заключении контракта. То есть, агент - это не организация, а физическое лицо. Поэтому, когда он подписывал соглашение с юридическими лицами, он должен был понимать, что подписывает соглашение не с теми лицами. В этих же правилах есть следующее: агент должен предоставить именную заявку установленного образца от всех спортсменов и технических специалистов (тренер, администратор), интересы, которых он представляет в текущем спортивном сезоне. Должен быть договор о предоставлении представительских полномочий. Думаю, что всё совершенно очевидно. Агент не может представлять клуб, и в ВФВ имеются сведения, с кем заключены эти договоры. Это всё могут проверить компетентные лица, которые имеют право проводить такие проверки. Иванов, видимо, просто не ознакомился  с этим положением и подписывал почему-то все задолженности не перед физическими лицами-агентами, а перед организациями. Считаю, что всё это было сделано, чтобы произвести двойные выплаты. У спортивного агента Касторнова (Владимира - гендиректора агентства "Про-Волей Консалтинг" - прим. ред.) есть соглашение со спортсменкой Юрьевой. Она пришла в наш клуб и, соответственно, должна ему заплатить за работу. Одновременно Иванов (правда, не из собственного кармана, а из кармана клуба) тоже решил помочь ему и заплатить деньги. Считаем, что он совершенно не имел оснований для того, чтобы из бюджета клуба (получается, частично из государственных средств) выплачивать такие деньги. Но он сделал для этого всё, что мог. Мы надеемся предотвратить всё это.

Это не агенты. Это Иванов называет их агентами, но на самом деле, это не так. Эти организации существуют для того, чтобы в них числились агенты. А оплата должна производиться только агентам. Во всём мире это так, и в хоккее, и в волейболе. А здесь у нас какое-то новое изобретение и, соответственно, причинение вреда нашему клубу.

Ещё в интервью Иванова я услышал о том, что новый руководитель клуба принимала участие во всех этих агентских переговорах, работая советником. Но это всё совершенно не соответствует действительности, потому что Ольга Робертовна спустя какое-то время полностью уволилась из клуба и работала совершенно в ином месте - в спортивной организации бухгалтером. Зачем делать такие заявления? Переносит с больной головы на здоровую. Самое главное, что она не участвовала ни в каких переговорах с агентами и не приводила сюда ни своих, ни чужих спортсменок. И все документы, о которых мы сейчас говорим, - договоры, акты, соглашения о задолженности, - не были переданы в бухгалтерию и не числились по данным бухгалтерского учёта.

Почему Иванов не подал в суд, а пошёл на соглашение с "Про-Волей Консалтинг"?

Это соглашение нужно было, на мой взгляд, чтобы предъявить эти требования позднее, когда поступит сумма, которая позволяет рассчитаться с этим обществом. Сейчас мы видим, что деньги расходовались произвольно, на усмотрение бывших руководителей клуба. Некоторые документы они предъявляли в бухгалтерию, некоторые нет. И должен был наступить момент, когда эти документы можно было бы предъявить, а в тот момент, когда Иванов их подписал, не было необходимости их предъявлять. Вопрос ещё и в неустойке, а это 360 % годовых. Почти 7 миллионов рублей, которые были по соглашению, сейчас выросли до 20 миллионов. Думаю, все эти моменты оценивались при составлении соглашения. С начала 90-х годов, когда была очень большая инфляция, я ни в одном соглашении не встречал таких огромных штрафных санкций. 

В соглашении с "Про-спорт" были такие же кабальные условия?

Нет, не было. Там вообще нет соглашения о рассрочке, есть просто акты, подписанные на основании договора 2011 года. Там работа, действительно, частично осуществлялась - спортсмены подбирались, приходили в клуб. Здесь нет такого количества фиктивных договоров. Но вообще сейчас мы пытаемся со всеми этими вопросами разобраться: многие документы появились только после предъявления нам исков.

Документы, которые мы сейчас предъявляем для возражения, нужно было предъявлять в суде первой и апелляционной инстанции. Но лица, которые вели это дело, этого не сделали. Сейчас мы пытаемся предъявить эти документы в суд кассационной инстанции, но там есть определённые процессуальные сложности. Всё это пока в процессе. 

Беседовала Тахмина Тынысова

Комментарии
Добавить свой
Свежие интервью
Игорь Огурцов  •  11 октября 2017, 10:02  •   2
Кристина Лиховицкая  •   3 октября 2017, 17:17  •   2