"Где ваша культура?", "Я есть не только в музее", "У тебя хватит на меня денег". Во второй раз самоорганизовавшийся арт-маркет "Кул-кул" провозглашает, что "культура - это cool (круто)". В прошлом году он разместился в "Волне", ныне закрывшейся локации на Любинском проспекте, теперь - в "Бумаге", пространстве на территории "Электроточки". Проведение совпало с Днём города, как бы иллюстрируя альтернативу, возможность посмотреть, чем ещё живёт Омск.
- Омское современное искусство славится, скажем так, тем, что у нас много самоорганизаций и нет больших институций, которые работают именно с современными молодыми авторами. Это и плюс, и минус. Как художник ты понимаешь, что надо как-то самому организовываться, поэтому у нас сильные сообщества, с которыми интересно взаимодействовать, которые прорастают через все препятствия. Этим Омск, как мне кажется, необычен по сравнению с другими городами, - поделилась в разговоре с "Омск Здесь" галеристка Оля Борисова, соорганизатор маркета и открытой мастерской "Поток" вместе с художником Лёшей Петровским.
На этот раз авторы могли сами заявиться на участие через опен-кол (открытый сбор заявок). Это сделано намеренно, "чтобы художники сами проявили желание участвовать, самостоятельность, захотели рассказать про своё искусство, пришли торговать им, потому что это другой совершенно опыт: ты сам выходишь к аудитории, учишься коммуницировать".
Автору может казаться, продолжила она, что сложно или почти невозможно заработать на своём творчестве, а когда твоё искусство продаётся, понимаешь, что есть перспектива, что можно этим заниматься. "Мы не ожидаем каких-то безумных продаж, которыми художник обеспечит себя на месяц вперёд, но всё равно азарт появляется", - отметила соорганизатор.
Броуновское движение
- Почему бы и нет? - говорит художник из Красноярска Слава Подобед. - Мне нравится путешествовать, а такие мероприятия - хороший предлог для того, чтобы съездить посмотреть, ну и выставиться. Маркет - это, конечно, не выставка, но всё равно прикольно, классно поучаствовать <…>. Мы все [художники, организаторы] постоянно пересекаемся, кто-то приезжает на маркеты, выставки, на кого-то в интернете подписан, следишь, что где происходит. Мне кажется, нет искусства омского, красноярского, томского (томского художественного сообщества "Уржатка", к сожалению, не было буквально, в последний момент не получилось приехать, - прим. ред.). Это всё искусство, оно либо нравится, либо нет. Мне кажется, всё просто.
Так, в его работах или работах омских авторов, например, Ксении Нефёдовой или Снежиники Дмитриенко отражаются истории и смыслы, которые могут тронуть без привязки к геолокации. Графику, напечатанную "Потоком", вскоре увидят в Петербурге. Ту самую омскость как будто бесконечно интерпретируют Ренат Латышев и Илья Це. Выставкой первого недавно переоткрылась галерея "ООО "Водопад", где художник сам платил гостям за вход (художественно-денежные отношения тоже могут быть двусторонними). Второй "заоммажил" банан со скотчем художника Маурицио Каттелана: инсталляцию "Комедиант" ("Комик"), называемую одной из самых известных последних лет, с "омскими вкраплениями" - собственным поп-артом на тему Омска и известных брендов. Есть и краеведческая работа - наличник "дома с драконами" в бетоне.
Из Новосибирска приехала Анастасия Редгрин с коллажами, салфетками и нашивками. Среди них, как оказалось, тоже есть омские сюжеты, но неочевидные: лебеди из шин, бельё во дворе где-то в Чкаловске. Для автора Омск является городом детства, местом, где всё ещё можно почувствовать себя маленькой. Из него она уехала поступать в Новосибирск. "Наверное, если бы тогда был такой подъём, как сейчас, я бы осталась. Омское искусство шикарно, оно сильно повлияло на меня".
- По образованию я филолог, занималась наукой, люблю исследовать концепты. Постсоветскую реальность, которая нас окружает, чувства, которые для меня важны. Грусть - это та эмоция, которая близка всем, и она намного многограннее, чем мы можем представить. Она может быть нежной, вечерней, холодной, грубой, мягкой. При этом она отлично сочетается с моими цианотипиями (фотопечать, изобретённая в XIX веке на основе использования светочувствительных солей железа; сегодня для занятия ею потребуется всего лишь ультрафиолетовая лампа, - прим. ред.), потому что грусть и синий цвет, а цианотипии всегда получаются синими, если их не тонировать дополнительно, в культуре неразрывно связаны, - пояснила художница.
Ошибочно считать это чувство чем-то ненормальным, уверена Анастасия Редгрин. "Грусть - это единорог", - подсказывают зрители, какой она может быть, а автор фиксирует это в своих в работах. Как упомянула культуролог Галина Черба, "мы принадлежим к культуре, где принято избавляться от грусти. Но во времена гравёра Альбрехта Дюрера считалось, что взрослый человек и художник (или философ) не может не быть грустным".
Искусство в тираж
Тему тиражной графики, которая по большей части и заняла столы и стены, дополнила лекция Галины Чербы об истории этого сорта изобразительного искусства, создаваемого путём повторяемых оттисков с основы - офорты, литография, линогравюра. Из-за этой копируемости (хотя каждый оттиск немного отличается в зависимости от пропечатанности, не говоря уже возможности использовать разный набор цветов) к ним бывают вопросы: ценности, уникальности, подлинности, собственноручного авторства. Но вообще, отпечатыванием человечество занималось с тех пор, как появилось само творчество, а после 50-х годов XX века, по словам эксперта, скопировать что-то не является плохим тоном.
- Несправедливо обойдённая общественным вниманием, для искусствоведов ценность тиражной графики очевидна. Её может не быть в вашем сознании, ничего страшного, нормально. Но если говорить о современном представлении о тиражной графике, об историческом представлении, то это очень важная часть искусства. Смотреть её сложно. Она часто небольшого формата, не такая зрелищная, это не "Последний день Помпеи", но вообще-то к ней очереди стоят <…>. Когда вы на аукционе покупаете Энди Уорхола (вы наверняка видели его банки Campbell’s или Мэрилин Монро, - прим. ред.), не знаете, кто сделал этот отпечаток, - рассказала культуролог.
Она пояснила, что в сознание человека базово "вшита" инструкция - не пропустить что-то важное, поэтому люди ценят дефицитное, редкое, и бытует мнение, раз холст и масло, значит - ценно. "Вынуждена разочаровать, - говорит Галина Черба. - Если это популярный сюжет, в мастерской Рубенса тут же могут снять копию и начать тиражировать. Картин может быть несколько, просто до нас мало что дошло".
Зрителям лектор посоветовала "не стесняться любить то, чего много, не поддаваться призывам "ограниченное издание", "только три дня", покупать по любви", а художникам - обратить внимание на "Коробку в чемодане" Марселя Дюшана: продавать коробочку с мини-копиями собственного искусства, ведь "люди любят коробки".
Смягчить формальности
- Мы очень отличаемся от классического музея, тесно соприкасаемся с молодыми авторами, хотя, действительно, у нас есть ряд ограничений, - рассказала участница арт-маркета, художница и старший научный сотрудник Городского музея "Искусство Омска" Софья Ясюкович. - Мы не можем быть настолько свободными, как, например, галереи, где нет определённой цензуры. Тем не менее везде, где возможно, мы сохраняем свободу, стараемся приглашать к участию разных авторов. На самом деле, какого-то значительного разрыва не существует. Другой вопрос, что это моя искусствоведческая работа, когда ты смотришь со стороны. А когда ты внутри, среди других современных художников, это немного другое. Меня нельзя отнести к андеграундным авторам, в моих работах практически никогда нет ничего провокационного, и мне всегда было немного грустно, что я как бы выпадаю из этого сообщества, не знаю многих ребят лично. Мы, конечно, наблюдаем, следим за творчеством, но ты не внутри этого процесса. Поэтому мне было очень радостно присоединиться.
Со своей стороны музей тоже предлагает стать автором: Софья ведёт экскурсионно-художественные практики, где показывает, как художники смотрят на город, работают с ним в своих произведениях, и помогает участникам сделать зарисовки (скетчинг) даже в отсутствие профильного образования с помощью приёмов, которые будут эффектно работать. "Мне кажется, людям, когда они ходят по выставке, тоже хочется самим что-то попробовать сделать своими руками, - добавила художница. - И очень интересно, что люди после этого реально увлекаются".
- Ещё одна интересная черта омского художественного сообщества в том, что у нас есть часть взрослых художников, которые, будучи в составе Союза, не отрицают молодых современных авторов, хотя такое много где есть, - отметила организатор Оля Борисова. - К ним можно прийти в мастерскую, предложить что-то вместе сделать. [Художница, член Союза художников] Лена Свешникова, например, всех звала, когда делала маркет (годом ранее в Доме художника, - прим. ред.), это было очень открыто <…>. Когда мы объявляли опен-кол, одной из задач было то, чтобы мы познакомились с новыми авторами, с которыми мы как бы в разных информационных пузырях находимся, хотя и живём в одном городе. Это обогащение художественного сообщества.
