Общество • 25 января 2026, 10:18
Автор: Анна Бамбульская
Рассказываем, чем привлекательна история с сетевыми и совместными программами в вузах для тех, кто хочет стать квантовым специалистом, и кто нужен в команде, которая работает над квантовыми проектами.
Продолжаем беседу с директором департамента развития кадрового потенциала и образовательной экосистемы "Росатом Квантовые технологии" в госкорпорации "Росатом" Романом Ильиным. Сегодня говорим о сетевом взаимодействии с университетами и научными организациями, преимуществах сетевых вузов, отличиях в работе с квантовыми технологиями в разных странах, дефицитных специалистах "квантовых команд" и перспективах их карьерного роста. Заодно разбираемся, есть ли место в квантовой области программистам, и почему медицина и химия - одни из самых перспективных квантовых историй на ближайшие пять лет.
- Роман, в прошлой части интервью мы с вами остановились на теме образования по квантовым технологиям, на образовательных инициативах и программах "Росатома". Как осуществляется их мониторинг и оценка эффективности?
- У нас есть дорожная карта, которую мы постоянно обновляем. Мы не просто вносим изменения, а пишем обоснования и отправляем в министерство, чтобы там их согласовали в зависимости от изменяющейся ситуации на рынке труда и в науке. Мы меняем показатели, направления, что-то добавляем, что-то оставляем. Также у нас есть личные ключевые показатели эффективности (КПЭ). Кроме этого, проводим ежегодный мониторинг реализации квантового образования - смотрим, что происходит в вузах. У нас есть задачи по организации совместных образовательных программ. За нами очень пристально смотрят, но мы и сами задаём себе рамки, в которых и осуществляем свою деятельность.
Роман Ильин
- Как у вас устроено сетевое взаимодействие с университетами и вообще с научными организациями?
- Есть опорные вузы "Росатома", которые связаны с основной нашей деятельностью. Они реализуют ядерные программы и проекты. Есть "Национальная квантовая лаборатория" (НКЛ) (консорциум, созданный в ноябре 2020 года под эгидой "Росатома" - прим.ред.). Это сообщество вузов, научных институтов и коммерческих организаций, которые каким-либо образом относятся к квантам. У кого-то есть лаборатория, у кого-то программы, у кого-то компетенции. И мы расширяем консорциум и действуем в первую очередь в интересах членов этой организации. Но попасть в НКЛ непросто. Действующие участники должны прийти к консенсусу - они голосуют, нужна эта организации или нет в лаборатории. Например, во время квантовой недели в Омске (во время "ОмФеста") мы пригласили несколько вузов.
Но идея создавать новые вузы сейчас не совсем реализуема, потому что в стране не самая простая экономическая ситуация. Именно поэтому сейчас набирают популярность сетевые вузы. То есть я поступаю в один вуз, год в нём учусь, потом еду в другой вуз, затем еду в какую-то страну СНГ, провожу там модуль. А затем еду, например, в какую-то дружественную страну и продолжаю обучение там, после возвращаюсь домой и получаю диплом своего вуза. Сетевая программа и двойные дипломы - классная история.
- Что такая история даёт?
- Именно такое сетевое обучение - абсолютно разносторонний взгляд на вещи. Ты не замыкаешься в стенах своего вуза, а смотришь, как всё устроено в других странах, городах. Ты можешь сравнить, и это огромное преимущество на рынке труда. Ты не просто показываешь свой диплом, вкладыш, как раньше было, и в итоге его работодатели даже не смотрели. А в сетевом обучении важен не вкладыш в дипломе, а сертификат. Также плюсом будет то, что соискатель окончил модуль, например, в Китае или в Белоруссии и ещё в Нижнем Новгороде. Молодой специалист таким образом говорит: "Смотрите, в свои 20 с небольшим я комплексно взглянул на этот мир, и у меня есть знакомые там-то и там". И самое важное здесь - социальные связи. И когда набирают команду, ты можешь пригласить оттуда и оттуда специалистов - это очень круто.
Если бы у меня была возможность, я бы с удовольствием пошёл в сетевую программу. Главное, чтобы мощный импульс был в первом вузе, который даёт базовый диплом.
- Роман, если уже заговорили про разные страны, то расскажите, есть отличия в работе по направлениям квантовых технологий в Белоруссии, Китае, Индии, России?
- В Беларуси и России особых отличий нет. Вообще практически одно государство. В других странах (дружественных или недружественных - не имеет значения) везде разная история развития квантовых технологий. Где-то, как у нас, она развивается за счёт денег государства. Например, в "Росатоме" есть дорожная карта, которая наполовину спонсируется из госбюджета, а другую половину софинансирует госкорпорация. То есть государство является очень важным игроком в плане развития и стимула развития технологий. В каких-то странах квантовые технологии спонсируются вузами, они развиваются внутри университетов, как в инкубаторе, потом их выводят на рынок и только после этого направление подхватывает государство как некий регулятор. Где-то это происходит без государственного и вузовского участия, а в бизнесе. Вот этими ключевыми моментами отличается развитие квантовых технологий в разных странах. По большому счёту у Китая одна история, у США - другая, у Евросоюза - третья. Но в России на данный момент государство больше всех заинтересовано в развитии квантовых технологий. Возможно, в общей сумме денег выделяется меньше, чем в других странах, но зато кванты поддерживаются госбюджетом.
- Я правильно понимаю, если бы государство не выделяло средства, то было бы значительно сложнее?
- А никак бы не было. Слава Богу, что сейчас... Есть определённые институты, которые следят за модными тенденциями и говорят, где и как мы можем участвовать в мировой квантовой гонке. Кстати, мы занимаем неплохую позицию. Денег тратится гораздо меньше, чем в других странах, но мы сейчас догоняем. По разным показателям у нас третье место.
- Чтобы команда работала над квантовым проектом, какие специалисты должны в неё входить?
- Точного решения пока нет. Потому что сейчас квантовый проект реализуется не квантовыми специалистами. Например, я закончил технический вуз, но 20 лет не знал, что я квантовый специалист. А потом посмотрел в свой диплом, и, действительно, там была квантовая физика. Надеюсь, что следующее поколение уже будет прямо квантовыми специалистами.
Грубо говоря, в команде должны быть, во-первых, физики-теоретики, которые не просто читают, но ещё и пишут, обновляют учебники по квантам. Физики-теоретики - это ребята, которые одержимы самой наукой, без них никуда. Во-вторых, должны быть программисты-разработчики, которые уже на основании каких-то вводных данных могут рассчитывать и прописывать некие алгоритмы. Без управленцев тоже не обойтись. Это должны быть люди, способные разобраться в технических нюансах, они должны быть переводчиками между технарями и конечными потребителями. Также у них должны быть навыки выстраивания бизнес-процессов, потому что к ребятам, которые погружены в науку, тоже нужен подход. В целом для команды необходимы инженеры - люди, у которых есть либо опыт, либо взгляд на конечную продукцию. Нам нужно оптимизировать процесс. То есть я, как член команды, понимаю, что сейчас это работает вот так, например, с помощью искусственного интеллекта, машинного обучения. А я хочу сделать это с помощью квантов, с помощью тех алгоритмов, которые мне дали разработчики, создали физики, по принципам, по которым меня взяли на работу эти менеджеры. Может быть, я что-то упустил, но из этого уже можно что-то собрать. Чтобы проект двигался, надо пять-шесть человек.
- Какие перспективы карьерного роста есть у специалистов в области квантовых технологий?
- Перспективы карьерного роста есть в каждом направлении. Здесь важно определиться, в каком направлении тебе нужен рост. И я приятно удивлён, что ребята, действительно, выбирают разные пути. Например, я хочу быть в лаборатории: сначала младший научный сотрудник, потом старший научный сотрудник, затем руководитель группы, старший руководитель группы, после замдиректора института и сам директор института. Это уже очень большая должность. Здесь уже самому можно реализовывать дорожные карты, конечно, нести персональную ответственность, общаться с мировыми светилами. Так называемый высокий кабинет, на который возлагаются определённые надежды. Или я хочу работать в корпорации. Хорошо, значит, сначала иду ведущим специалистом, главным специалистом, затем экспертом, начальником отдела, директором департамента и так далее. И потом уже по карьерной ветке в этой корпорации. Опять же, ты можешь быть руководителем проекта, можешь потом перейти из одной корпорации в другую, поменять направление, уйти на атомную станцию, в организацию, которая занимается в целом разработкой софта и импортозамещением. Или я выбираю третье направление - хочу открыть свой стартап. Сначала работаю в какой-нибудь научной группе, набрался опыта, потом сплотил какую-то команду и начал развивать свой стартап. Потом он превращается в организацию, я получаю грант, расту и получаю заказ. Справляюсь, получаю госзаказ, затем становлюсь подрядчиком у госкорпорации по реализации дорожной карты и так далее. У специалистов, у тех, кто хочет развиваться, достаточно много перспектив. Направления, о которых я сказал, фундаментальные, мощные и - самое важное - революционные.
- На ваш взгляд, в каких сферах квантовые технологии будут активно применяться через три-пять лет?
- На мой взгляд, самая перспективная история - это медицина и химия. В части медицины все говорят про персонифицированные таблетки. То есть я иду в клинику, сдаю анализы, врачи смотрят, чего у меня в организме не хватает и чего в избытке. Специально под мои показатели изготавливают таблетки, я их принимаю, и мне гарантированно становится лучше. Это первое направление, ведь мы все научились ценить здоровье, независимо от возраста. Второе - химия. Не хочу глубоко вдаваться в детали, но есть ряд изделий, которые нам сейчас недоступны - либо вообще, либо недоступны в России. Но есть устройства, которые анализируют состав. Ты понимаешь, из чего это сделано, но таких характеристик добиться не получается. С помощью квантовых алгоритмов, зная компоненты, можно подобрать один в один и сделать это всё у нас. То есть это уже импортозамещение, локализация. Тогда мы будем независимы от иностранных поставщиков. Это сейчас тренд. Жаль, что мы поздно опомнились. Что ещё? Можно предположить, что лет через пять с помощью квантовых технологий мы сможем минимизировать пробки на улицах города: посмотреть, как смоделировать дорожное движение, настроить светофоры. Это не самое важное в жизни, но, безусловно, будет полезно. С помощью квантовых алгоритмов можно продумывать и разные логистические задачи. Например, с аэропортами, чтобы продумать оптимальный маршрут с учётом каких-то задержек и так, чтобы пассажиры этого не заметили. Квантовые технологии могут быть полезными во всех сферах нашей жизни.
Чтобы больше знать, чем живёт мир информационных технологий в Омске и за его пределами, читайте рубрику "Войти в ИТ" на сайте "Омск Здесь".
Фото: Елизавета Медведева
Изображения созданы с помощью нейросети "Шедеврум"
Постоянный адрес страницы: https://omskzdes.ru/society/90958.html