Свободу Гондурасу!

Политический анекдот советских времен повествует о разговоре двух простых работяг в обеденный перерыв: одного, читающего изредка газеты, "беспокоит Гондурас", другой, равнодушный к "проискам мирового капитализма", советует приятелю поменьше чесать в этом самом месте.

Мировые СМИ нисколько не берегут своих читателей, пугая их перспективами силового разрешения украинского кризиса: "Европа в замешательстве". Солидное британское издание The Economist в редакционном аналитическом материале прибегает к драматургическим приёмам, чтобы описать "экономические страдания, причинённые Украиной". Прямо по Шекспиру: "Она (объединенная Европа) его (украинский народ) за муки полюбила, а он (украинский президент) её (американскую администрацию) за состраданье к ним (героям майдана)"! Хорошо уже то, что не одну Россию выставляют виновницей всех случившихся за этот год со Старым светом бед.

"Европейский Союз не пользуется репутацией великой державы", констатирует цитируемое издание. Там же, на его страницах напоминают об известной "имперской" шутке Генри Киссинджера: "Кому мне звонить, если нужно поговорить с Европой?". Вот уж точно, за полвека почти ничего не изменилось! Кругом одни еврочиновники, бесцветные выразители незатейливой жизненной философии "маленького человека". Верховный представитель по иностранным делам и политике безопасности, председатель Европейского совета, глава Европейской комиссии, спикер Европейского парламента, все они - натуральные (по меткому определению писателя Гришковца) гномы! У Евросоюза появились свои институты, на бумаге прописаны долговременные задачи и возвышенные цели объединившихся стран и наций, однако нет своего лица. При этом государства-члены старательно избегают продуманной координации внешнеполитических курсов. Недавние публичные признания американского вице-президента, насколько бесцеремонно давили на европейских союзников из Вашингтона, заставляя принять очередные антироссийские санкции, красноречиво свидетельствуют о том, "кто в доме хозяин".

Столь уничижительная оценка реального веса ЕС на международной арене, как это ни печально, отражает истинное положение дел. Многие политологи сходятся в том, что именно нерешительная внешняя политика Евросоюза (особенно на фоне быстрого продвижения НАТО к границам России) стала источником затянувшегося конфликта вокруг событий на Украине. В результате разбалансирован ещё в хельсинских соглашениях 1970-х годов выработанный и закреплённый механизм взаимодействия европейских держав с учётом всех исторических реалий и их геополитических интересов. Сформировавшееся после холодной войны стратегическое хрупкое равновесие бездумно расшатали американские "партнёры". "Европа слаба, и её действия ведут к серьёзным последствиям". Так считает известный "неореалист" политолог Д. Миршаймер. Любопытно, что под "трагедией великодержавной политики" он подразумевает действия США, а не российской власти. Интересно, читали ли его книгу наши "болотные" умники? Ещё десять лет назад он назвал ЕС "незначительным постмодернистским образованием". Недавний договор о свободной торговле с Украиной, отмечает он в новых своих работах, представляет собой "прямое вторжение в сферу влияния России". Эти непродуманные действия Евросоюза повлекли за собой теперь всем очевидные геополитические ошибки.  

Благими намерениями, как известно, вымощен путь в ад. Как так получилось, что соглашение между ЕС с Украиной могло вызвать настолько острый кризис? Весь мир оказался вовлечённым в него, в ООН оказались не готовы к такому развитию событий. Этот расширенный и полный торговый договор представлял собой последний шаг в сближении ЕС со своими соседями в рамках "технократической" программы партнёрства. Не сильно умный бывший президент Украины Леонид Кучма предупреждал Европу о последствиях: нужно избежать нового раскола, "постараться не поставить вместо железного занавеса бумажный". Станет ли Евросоюз сильнее в результате этого кризиса, укрепит ли он своё положение на международной арене? Пока ответ неутешительный.

Эксперты отмечают несколько ключевых моментов. Во-первых, в Евросоюзе проигнорировали критическую позицию России по отношению к действиям Запада на Украине потому, что привыкли действовать исключительно по собственным внутренним правилам; реализация любых проектов опирается на бюрократическую рутину, а не экономические и дипломатические соображения. Во-вторых, в Евросоюзе не смогли предвидеть наступления кризиса потому, что логика действий европейских комиссаров основывается не на здравом смысле, а на неких абстрагированных постулатах ("ценностях европейского гуманизма"). Превалирует идеалистическая убеждённость: то, что хорошо для ЕС, автоматически хорошо и для его соседей и соседей этих соседей. Распространение этих достижений европейской цивилизации (правила общего рынка, защита прав человека и правовое государство) - лучший гарант стабильности, мира и процветания. Оттого экспортируемые революции получили кодовое название "цветных". В-третьих, в Евросоюзе слишком увлеклись "нормотворчеством", пренебрегли реалиями. В беспрецедентном по своим масштабам соглашении с Украиной были прописаны юридические нормы торговых правил, технические стандарты и санитарные и гигиенические нормы; в политической сфере договор предусматривает сотрудничество в области внешней политики (участие Украины в гражданских и военных миссиях ЕС). Казалось бы, все эти направления будущей совместной деятельности не должны представлять собой угрозу для третьих стран. Однако "всеобщие ценности" могут ощущаться как угроза третьими сторонами (пример тому - сопротивление этим навязываемым ценностям исламского мира). Специфику культурных ценностей "русского мира", стремление России к сохранению исторически сложившейся сферы влияния на евразийском пространстве учитывать в Евросоюзе упрямо не захотели. Заметим, что так называемая "реалистичная" модель современного мира предполагает, что никаких всеобщих ценностей в принципе не существует; значение имеет лишь соотношение сил.

Теперь всем очевидно, что торговое соглашение "не лучшим образом приспособлено к потребностям вступившей в переходный период страны" (имеется в виду Украина); предполагающаяся передача "регуляторных достижений" ЕС представляется крайне амбициозным проектом. Далее, "преобразующее воздействие" ЕС неизбежным образом "порождает систематическое сопротивление, которое попросту нельзя сбрасывать со счетов" (имеется в виду контрпроект Таможенного союза). Кроме того, "у Москвы имеются эффективные рычаги практически во всех странах восточного партнёрства (за исключением разве что Азербайджана)". Это - экономические и торговые связи, энергетические поставки и новые проекты, трудовая миграция, русские диаспоры и политические элиты, сформировавшиеся ещё в советский период, военное сотрудничество и прямое присутствие, пропаганда и сотрудничество в сфере культуры и образования. Британские журналисты сетуют, что "европейская политика добрососедства сулит некую отдалённую и неопределённую выгоду, однако приходится уже сейчас заплатить немалую цену". Сложно сказать, "как отнесутся к ней и так уже не имеющие единого мнения народы". Действительно, политика "мягкой силы" Европейского Союза - не классическая политика безопасности, во главу угла ставится привлекательность её гражданских и нормативных ценностей. Какая незадача!

В утешение сильно обеспокоенным нашим европейским "партнёрам" сошлёмся на отечественный политический опыт, многим памятное крылатое изречение "крепкого хозяйственника" и при этом "гуманиста": хотели как лучше, вышло - как всегда.

Комментарии
Добавить свой