Вадим Дрягин: "Сочувствую омской журналистике - писать-то не о чем"

Директор ООО "ГЭПИЦентр-2" Вадим Дрягин в интервью "Омск Здесь" подвёл политические итоги 2015 года, вспомнил давнюю повестку заседания Городской думы и порассуждал об избирательности избирательного процесса в новом году.

Вадим Дрягин Директор ООО "ГЭПИЦентр-2"

Вадим Владиславович, каким, на Ваш взгляд, получился 2015 год?

Омичи, как и раньше, продемонстрировали в основной своей массе неучастие в политических процессах. Мы, наконец, избрали губернатора, и это очень важно, вне зависимости от оценки его деятельности.

Многие чиновники и бизнесмены у нас попадают под уголовное преследование или под расследования. Это действительно работа правоохранительных органов, и никак, я думаю, не связана с каким-то заговором. Я вообще считаю, что у нас вряд ли найдутся омичи в бизнес-элите или в политической элите, которые смогли бы построить многоходовые комбинации. Мне кажется, таких людей нет, да и просто лень всем этим заниматься. Решения все простые и в бизнесе, и в политике, и они все довольно однозначные, без особых конспирологических идей. Всё, что у нас порождено, это порождено омской прессой. В этом смысле наша омская журналистика, если не в большинстве, то во многом, переходит в жанр такого развлекательного чтения, и у омичей  формируются страшные конспирологические рассказы, заговоры и т. д.

С чем связана низкая степень участия омичей в политических процессах?

Это общероссийская тенденция, избиратель у нас отчуждён от избирательного процесса, институты власти живут сами по себе. И в принципе избиратель, население, народ уже давно делегировал нашим начальникам право самим решать все основные социально-политические вопросы, как региональные, так и федеральные. У нас много примеров общественных инициатив, и это, кстати, даёт нам шанс более-менее оптимистично смотреть в будущее. То, что у нас проявляются волонтёрские движения, то, что у нас девушка стала по ночам ямки заделывать - это признаки того, что общество у нас, несмотря на свою неполноценность, неразвитость, неинституализированность, оно у нас есть, и сейчас появляются люди, которые являются носителями такой гражданской общественной солидарности.

Это не поддерживается ни существующей властью, ни федерального, ни регионального значения, но тем не менее не так всё пессимистично в этом смысле. Всё-таки гражданин какой-никакой, пусть не совсем полноценный, не совсем адекватный, не совсем вписанный в систему, у нас появляется, он у нас есть.

Как это вяжется с отменой по весне выборов сельских глав и мэра Омска?

Мы, с одной стороны, действительно, ликвидировали прямые выборы глав муниципальных образований, а с другой стороны, мы вернули прямые губернаторские выборы и выборы одномандатников в Госдуму. Как это оценить? Как какой-то программный политический шаг? Я в этом сильно сомневаюсь, потому что все вышеперечисленные законопроекты продвигались, лоббировались на уровне федерации представителями разных групп, в том числе административных, и разных элит. Поэтому сказать, что это фрагменты какого-то большого пазла или игры, я не могу.

Говорить о том, что это принципиально меняет систему взаимоотношений и в обществе, и в политике, конечно, нельзя. Дело в том, что сложившиеся взаимоотношения активных элит, допустим, тех, кто у нас в Омске занимается выборами, голосует или так или иначе участвует в кадровом назначении, они легко преодолеют в силу неучастия большинства населения, в том числе и возникшие новые институты, которые как бы требуют широкого горизонтального участия. Прямые выборы губернатора и выборы депутатов в Госдуму существующими административными ресурсами и системами взаимоотношений нивелировать легко, и это делалось не раз и не два. Сказать, что в местном самоуправлении наметилась тенденция, при которой нужно было ликвидировать эту независимость местного самоуправления, я не готов. Но у нас в Омске, я считаю, не было никаких проблем, у нас местное самоуправление никогда не отличалось ни при Полежаеве, ни при нынешней администрации какими-то особыми самостоятельными позициями. Основа - финансы и бюджет - консолидированы и контролируются.

Можно ли назвать отмену прямых выборов в районах подготовкой к досрочным губернаторским выборам?

Это же не Виктор Иванович [Назаров] отменил. Поправки к 131-му федеральному закону уже вышли, а выбор модели тоже предлагался из Кремля. Я не думаю, что это хоть каким-то образом связано с омской инициативой. 

Не самая опытная команда Правительства Омской области вряд ли бы потянула одновременно и выборы главы региона, и множественные районные кампании.

Это опять из нашей забавной журналистики, потому что мы можем по-разному оценивать слабость или неслабость административного ресурса региональных властей, но тем не менее губернаторские выборы с реальным альтернативным кандидатом спокойно пережили и нивелировали, несмотря на то, что альтернативный кандидат Денисенко имел безусловные формы поддержки в Москве. Он выиграл Верховный суд при регистрации, а это вообще уникальное историческое событие. Кстати, если говорить об этом, то у нас в этом году редкое явление для истории России, чтобы Верховный суд отменил решение областного суда в части регистрации кандидата. У нас вообще удивительные вещи творятся. Здесь надо спрашивать наших правоведов, которые с юридической точки зрения рассудили бы, что решение Верховного суда является основанием для возбуждения уголовного дела. Хотя Верховный суд в своей мотивирующей части определил сам факт уголовных моментов, принуждения.

Ознаменовался ли 2015 год окончательным разладом между мэром и губернатором?

Противоречия между главами столиц субъектов федерации и региональными правительствами - это старая песня. Она, наверное, древнее, чем российское государство. Это было всегда, это было у всех, и вопрос всё время носил личностный характер. Дело в том, что если не вдаваться в долгие рассуждения по поводу специфики получения тех или иных преференций для города или для региона, то в целом получается, что статус начальника (мэра или губернатора) определяется его возможностями в Москве. В других регионах были прецеденты, когда мэр города был более влиятельным человеком, чем губернатор. В реальных схватках чаще побеждали губернаторы. Сейчас у нас этого нет, потому что это всегда носило личностный характер. Назаров и Двораковский - это люди неконфликтные. Конечно, некие шероховатости есть, но они не приводят их к той войне, которая была между Шрейдером и Полежаевым. СМИ были поделены. А здесь нет этого, нет эскалации и конфронтации. Идёт спокойная бюрократическая работа. Единственное, можно посочувствовать омской журналистике - писать-то не о чем.

Стоило ли губернатору после победных выборов обновить не только состав Правительства, но и мэрию Омска вместе с градоначальником?

В советские годы торговая сеть была одним из самых ругаемых, проклинаемых и самых важных институтов в жизни. Там существовала пирамида, в которой нижестоящие платили взятки вышестоящим за то, чтобы были дефицитные продукты, было, чем торговать. В каком-то магазине была сметана, а каком-то нет. У нас так: если к главе региона хорошо относятся - будет сметана. Поэтому, если мэр нравится, то хорошо, значит, будет сметана, а не нравится, значит, не будет сметаны. Губернатор нравится федерации - будет сметана. Плюс значение региона в контексте большой федеральной политики.

В качестве примера я воспроизведу повестку заседания Омской гордумы 1873 года. Стояло три вопроса: способ ликвидации бродячих собак, уборка снега в городе и вывоз мусора. То есть в принципе статус города как колониального со всеми его проблемами и спецификой так и не поменялся. Эти вопросы также не решены до сих пор, всё так и осталось. Поэтому я не думаю, что эти изменения как-то связаны с той или иной политикой, направлены на дискредитацию мэра, губернатора. Назначение или избрание их всё равно будет происходить не по решению даже самых активных жителей города Омска.

Вам не кажется, что теперь в Омской области стало больше центров влияния, а следовательно больше игр в конспирологию?

У нас не власть тонким слоем размазана, у нас влияния на лидера стало больше. Если Леонид Константинович Полежаев к себе подпускал одного-двух, и сказать, что они имели какой-то вес в принятии его решений, очень сложно, то сейчас все уверены, что влияние и на Двораковского, и на Назарова достаточно сильное. И носителей сильного влияния стало несколько.

Дело ведь не в слабости фигур Назарова или Двораковского. Дело в том, что никто из них и не заявлял о том, что они возьмут в полном объёме ответственность, может, я это пропустил, но я не слышал, чтобы они говорили, что сделают регион счастливым или наш город богатым. Никто из них такого не заявлял. Наоборот, сейчас идёт изменение структуры власти - появление многочисленных замов и даже отказ от непосредственного управления. Это действительно иные модели управления. Я бы не сказал, что это обязательно плохо, может, как раз это хорошо.

У нас очень много красивых решений о программах, об освоении, но простых действий мало. Критика [первого заместителя губернатора Андрея] Новосёлова была очень предметной, он впервые взял и рассказал омской прессе, что из 40 с лишним программ, где надо было бумажки написать и эти гранты получить в регион, мы только в 13 участвовали. Действительно, бюрократический аппарат региональный был парализован или бездействовал. Ну как так? Надо отдать должное той же полежаевской администрации, я представить не могу, чтобы она подготовила безграмотный документ. Была масса другого плохого, но уж бумажку могли написать. Вы же получаете зарплату, уж бумажку-то можно оформить. Вот это убийственно. У нас, конечно, есть некая бюрократическая некомпетентность, но это не приводит к размыванию власти, потому что формально все остаются на своих местах, пирамида формального взаимодействия с центром осталась.

Какие Вы бы выделили просчёты в губернаторской кампании Виктора Назарова?

Там целая серия анекдотов, честно говоря. Я не думаю, что к губернаторским выборам, которые прошли, нужно относиться как-то серьёзно с точки зрения реализации интересов участвующих сторон. Просчёт изначально существовал в том, что назаровская администрация принципиально непопулярна в городе, и избирательную кампанию летом в интересах кандидата Назарова проводить не надо, а потом уже ближе к голосованию они вдруг спохватываются и начинают этим заниматься. Когда вы сушите явку, чтобы никто не пришёл, приходят ангажированные группы, и оппозиционный кандидат вполне может собрать под свои знамёна больше, чем та же "Единая Россия", это было не раз и не два. Это рискованный просчёт.

Из проколов ещё эти традиционные, набившие оскомину приколы власти, этот несчастный Подзоров со спойлерной партией. А Богданов, бывший кандидат в президенты, создал их тоже штук 60. Это вещи очевидные, они дискредитируют саму идею политической системы, избирательной системы. Зачем вы используете это? У нас избиратель-то основной не участвует в выборах, а тот, кто участвует, эти вещи давно просчитывает.

Я думаю, что следующий год будет таким же. Активность будет чуть повыше, потому что выборы в Заксобрание, там небольшие округа, там ещё Госдума. И естественно, кандидаты, идущие в Заксобрание, это, как правило, люди уже живущие на этой территории, имеющие связи, коммуникации. Если они даже всех своих знакомых, конфидентов, родственников поднимут, то явка, конечно, 18 сентября будет получше, и, может быть, даже избирательный процесс будет более избирательным.

ВСЁ, ЧТО НУЖНО ЗНАТЬ О ПОЛИТИЧЕСКИХ ИТОГАХ 2015 ГОДА

Комментарии

Добавить свой
новости здесь 1
Радио мир
Яндекс виджет