Академический Дундук

Кто не видел по ТВ - в прямом эфире, а потом разошедшийся по всем "коммуникативным площадкам" интернета - любопытнейший, исполненный жизненного драматизма разговор президента страны с президентом академии наук (по Станиславскому, по всем законам "высокой комедии"), тот многое потерял. Умом, как говорится, Россию не понять (ни иностранцам, ни нам самим), аршином общим не измерить! Смесь подобострастия и идиотизма на физиономии важного "мужа науки", самого главного начальника над всеми "коллегами" по учёному сообществу, мигом слетевшая привычная гримаса барственности, пропадающий вдруг голос, подсмотренное безжалостной телекамерой дрожанье рук и прочие неприятные мелочи придавали и без того напряжённому диалогу разгневанного правителя с оплошавшим вельможей почти апокалиптический оттенок. Страх, подавлявший все другие душевные волнения высокопоставленного чиновника, выдавал его с головой: больше всего он боялся лишиться кресла, в котором восседал. Никакой логики. А как же забота о сохранении академического реноме, о спасении головы, спросите вы? Зачем голова, если отберут привилегии, прогонят прочь от кормушки? Одна борьба видов за выживание (почти по Дарвину, тем более речь идёт о представителе homo sapiens, наделённом, как предполагают его учёность, ранг и должность, банально атеистическим мышлением). Убоится ли Бога?

Российские СМИ - "близкие власти" и "независимые" - удивительным образом сошлись в своеобразном хоре плакальщиков: "Путин вводит всё новые ограничения для номенклатуры"; "правила работы для номенклатуры постоянно ужесточаются". Продвинутые журналисты, все, кто прежде не раз по делу ругал последними словами злополучных чиновников, теперь готовы отереть собственным затасканным носовым платком горючие слёзы униженных и оскорблённых представителей ненавистной номенклатуры, "жадною толпой стоящих у трона". Некоторые горячие головы (храбро вступающие в общественную коммуникацию из закоулков интернета, там меньше ответственности за сказанное публично) стали пугать простодушных соотечественников страшным "новым 1937-м годом". Часть экспертного сообщества, напомнившая о дурной традиции дворцовых переворотов, трактует описываемые "знаковые события" в духе исторических аналогий: "Путин последовательно проводит национализацию элиты, которую он анонсировал перед президентскими выборами 2012 года". Если речь идёт о принуждении к возвращению "непосильно нажитых" капиталов в Россию - тогда понятно, если речь вести о запрете на совмещение государственных должностей с научными и иными общественными - не совсем понятно. Люди здравомыслящие объясняют происходящее без надрыва, в более спокойном тоне: "Наведение порядка в правящем сословии уже пытаются привязать к президентским выборам, чуть ли не внеочередным, хотя курс на повышение ответственности номенклатуры был взят Путиным ещё в 2011-м и проводится безо всякой оглядки на выборы". Так сказать, "перестройка".

Что касается царских вельмож, отставленных от своих высоких постов за тщеславие и откровенную глупость: как сообщают СМИ, "РАН не готова предоставить трудоустройство чиновникам, которые были уволены по указу Президента РФ". Дружба дружбой, как говорится, а табачок и денежки врозь! Привилегий на всех старых и новых членов может не хватить, если (вдруг такая беда случится) верховная власть урежет эти самые привилегии бездельничающим "мужам науки" (по сведениям СМИ, горе-академики уже провалили проекты - государственные заказы - примерно на три миллиарда рублей). Не стоит оплакивать судьбу незадачливых чиновников, попавших в царскую опалу по собственной вине, пенсии (генеральские, министерские, академические) они себе такие обеспечили, которые простому смертному с непривычки и выговорить невозможно. Отродясь таких больших денег в руках не держал ни инженер с рабочим с "Уралвагонзавода", ни профессор с доцентом из "опорного" университета в российской глубинке. Президент (за что мы его любим) остроумно подчеркнул, что упомянутые госслужащие должны "посвятить себя науке, если считают себя крупными учёными".

Что касается "крупных учёных". Насмотрелся на них: один старший коллега, одолеваемый академическим тщеславием, однажды умудрился у гроба с телом умершего товарища требовать перечисления его собственных научных регалий, просто так сказать доброе слово об усопшем он ну никак не мог; перспектива превращения гражданской панихиды в пленарное заседание учёного сообщества шокировала тогда многих, однако многие же, желавшие выступить за ним следом, столь же настойчиво и тщеславно собирались с печатью скорби на лице перечислять не достижения ушедшего из жизни дорогого коллеги, но собственные научные звания, академические и общественные посты. Как справедливо говорил литературный классик, "жалок и слаб человек"! Каюсь, у меня тоже под стеклом в шкафу стоит свидетельство, аттестат об избрании моей профессорской персоны в какую-то очередную академию (наступил на горло собственной совести несколько лет назад, да и выкупленный мною академический знак, отлитый из серебра, с красивыми эмалями, выглядел привлекательно). Бог нам всем судья!

Что касается самой практики избрания "достойных людей" во всякого рода учёные сообщества. Не могу никак удержаться, завершу разговор замечательной пушкинской эпиграммой на этот счёт: "В Академии наук заседает князь Дундук. Говорят, не подобает Дундуку такая честь; почему он заседает? Потому что ... есть". Сказанное не относится напрямую к публично обозначенным важным персонам, так, попросту к слову пришлось. 

Комментарии

Добавить свой