Не оставайтесь в стороне!

5 июня 2011 года состоится благотворительный спектакль «Торжество любви». Сборы будут перечислены в фонд «Красного креста» для поддержки пострадавших от землетрясения в Японии.

5 июня 2011 года состоится благотворительный спектакль «Торжество любви». Сборы будут перечислены в фонд «Красного креста» для поддержки пострадавших от землетрясения в Японии.

Сопричастность.
Сначала должно быть это чувство. Чувство сопричастности. Если его нет – ничего никогда не получится. А дальше, чтобы объяснить, зачем я из чувства сопричастности делаю то-то и то- то, надо определиться в понятии. Что такое чувство сопричастности, вернее, из чего оно состоит? Из чего складывается, по капелькам, по крупицам, как картинка из маленьких пазлов?
Вот эти маленькие пазлы я буду сейчас вспоминать и записывать.
«Женщина в песках». Это вспомню не только я, вспомнит каждый омич, хоть как-то связанный с «культурным слоем» конца 90-х. Спектакль по известнейшей, культовой повести Кобо Абэ, поставленный в Омской драме, в котором играла японская актриса Араки Кадзухо и русский актер Михаил Окунев. Идея совместной постановки родилась – нет, не у омичей, - у театрального художника Роо Мацусита. Это известный в Японии человек. Солидный. Он оформлял множество спектаклей по произведениям Достоевского, Чехова, Горького для японских театров. Он предложил поработать совместно, а потом приехал в Омск уже с макетом декораций. И предложил режиссеру Петрову японскую актрису – Араки Кадзухо. Когда она появилась у нас в театре, начала репетировать, все стали восхищаться ее изяществом, тонкостью и деликатностью. «Полагаю, что японская женщина – мечта любого мужчины?» - обращалась тогда Светлана Яневская к Петрову с вопросом. Режиссер как всегда отрезвлял своей безупречной логикой: «Мне кажется, это всё «представительские» качества, поверхностные. Виктор Скальник, переводчик, женат на японке. И когда я ему сказал: «Боже, какие прелестные японские женщины!» - он ответил: «Не обольщайтесь. В обыденной жизни всё иначе. Японские женщины, как и русские, бывают самыми разными» Все мы умеем и знаем, как надо себя вести, чтобы понравиться. Та же Араки Кадзухо сказала нам, что в Японии её побаиваются многие мужчины, потому что у нее откровенный и крутой нрав и она высказывает свое мнение, не стесняясь, всем говоря правду в глаза. Ощущение мягкости, уступчивости обманчиво. Араки-сан – женщина с сильным характером. Вы представьте себе – впервые в жизни выехать за границу, остаться одной в чужой стране, не понимать ни слова и, при этом, работать как проклятая!..»
Петров упомянул переводчика. Почему-то я очень хорошо его запомнила. Виктор Скальник – худощавый человек с птичьим лицом и душевным устремлением куда-то вперед. Он был готов помочь, подсказать, перевести с японского на русский и обратно все 24 часа в сутки. Невероятная трудоспособность и поразительное творческое начло.
Её звали Сигёми. Но сначала о том, что в сентябре 1996 года в Омске был проведен уникальный фестиваль японской культуры. Именно на нем зрителям и критике был впервые представлен спектакль «Женщина в песках». Никто еще не знал, что впереди – триумфальная «Золотая маска» и награды: у Михаила Окунева за лучшую мужскую роль, у Араки Кадзухо – за лучшую женскую и у Петрова – за режиссуру. Поразительно ёмко тогда написала театровед из Санкт-Петербурга Марина Дмитревская: «Владимир Петров сделал спектакль о том, как христианская идея смирения приходит к европейскому Мужчине через японскую Женщину».
Кроме театральных деятелей, на фестиваль в Омск приехали специалисты по чайным церемониям, и даже знаменитые японские барабанщики. Выступая на банкете, что проходил на малой сцене омской драмы, они поразили всех потрясающим звуком и энергией. А потом милые японки каждому сидящему дарили сувениры, не одинаковые, как у нас принято, а каждому – особый.
В музее им. Врубеля также проходило какое-то торжество. Приветствия японцев в главном зале переводила хрупкая девушка по имени Сигёми. Я подошла и попросила ее помочь с переводом телеинтервью. Потом нас пригласили в небольшую комнату, где проводились чайные церемонии. Мы сели рядом. Она что-то комментировала мне на ухо, стараясь подробнее рассказать о таинствах японского чаепития. Она как-то очень доверчиво смотрела, и с ней хотелось общаться. Потом мы вышли в зал и присели на музейную банкетку. И вдруг она произнесла: «Я недавно похоронила маму, я до сих пор не могу этого пережить. Очень тяжело…» У меня будто поплыло всё перед глазами, и я ей сказала то, о чем старалась вообще ни с кем не говорить в тот год: « Я тебя понимаю. Моей мамы не стало 10 месяцев назад. Она попала под машину». Сигёми взяла мою руку, и так мы просидели до конца вечера. А потом всё закончилось, и мы расстались. Больше мы никогда не виделись. Прошло почти 15 лет. Но я помню – её звали Сигёми.
Иосио-сан, жена Роо Мацусита, приезжала в Омск не раз. Приехала и на праздник – 130-летие театра. Днем у служебного входа гостей юбилея ждал автобус, чтобы отвезти на Северное кладбище помянуть «стариков». Они там все рядом – чуть правее – Мигдат Ханжаров, потом Хайкин, Чонишвили. В автобусе я увидела Петрова, Тростянецкого, других режиссеров и актеров, которые когда-то служили в омском театре. И японцев: театрального критика Кена Мураи, режиссера Сугимото Кодзи. Они ехали на могилу Роо Мацусита. По его завещанию часть праха была захоронена в Омске, он лежит там, среди «наших».
«Молитва Клавдии» - эту пьесу два года назад решили поставить в Токийском художественном театре. Она рассказывает о японском военнопленном, прожившем в России 40 лет. Нужна была русская актриса. И режиссер Сугимото Кодзи пригласил из Омска Ирину Герасимову. Репетиции, семь спектаклей в известнейшем токийском театральном зале «Кинокуния»… Когда случилось землятресение, Ира тут же написала в токийский театр. Предлагала переводчику, с которым работала в Японии, пожить у них, в Омске. Но Сато Такаюки ответил, что у него родные рядом с Фукусимой, и он будет заниматься ими. «Мы знаем, какими будут последствия. Но мы всё преодолеем. Главное – вы не беспокойтесь, что бы то ни было, мы останемся здесь» - так отвечали японские коллеги. Надо знать японцев, они, действительно, такие.
Актриса Ирина Герасимова в тот же день появилась в кабинете директора театра с предложением сыграть благотворительный спектакль. Инициатива была сразу поддержана. Делая добро другим, ты, прежде всего, делаешь лучше самого себя. В Омской драме это хорошо понимают.
P.S.: Думаю, многие догадываются, что на спектакли в театр драмы я давно уже хожу со служебного входа. И вместо «Ваши документы» все-все вахтеры и охранники говорят мне «Здравствуй, Лена!» Но вот на этот спектакль, назначенный на 5 июня, я пойду и куплю билет.
Белый сервис замена масла

Комментарии

Добавить свой

Еще новости

Загрузка...
новости здесь 1
Радио Сибирь