Чего не надо знать зрителю?

Тайн практически не осталось Артист приближен к нам максимально. Публика нынче точно знает, какой конфигурации камин в загородном доме артиста Х., видит плодоносящие деревья на даче артиста У. Имеет счастье лицезреть этого У. в пижаме, с женой, домашними животными и сковородками на кухне. Что остается в памяти зрителя? Когда-то услышанный монолог Гамлета? Или сковородки? Кухня, увы, стала местом нашего с лицедеями общего пользования. Без комментариев. Идеальные представления об артисте, иллюзии, столь необходимые зрительскому сердцу, остались в веке девятнадцатом или двадцатом… Какое счастье, что ни один из нас не может представить Станиславского в исподнем. Какое счастье, что повезло Смоктуновскому. Мы так и не увидели его в домашних тапочках. Но как же мы много все-таки увидели… НЕЛЬЗЯ Выносить на всеобщее обсуждение внутренние, рабочие моменты репетиций. Поэтому нельзя присутствовать на разборе репетиции и спектакля, после того, как он закончен. Нельзя говорить о тяжелых болезнях, недугах и прочих недомоганиях тех, кто выходит на сцену. Нельзя видеть артистов в гриме до начала спектакля, в антракте и после. Именно поэтому зрительская часть театра строго отделена от актерской и не пересекается никакими переходами. И так далее. Нельзя не из соображений вульгарной цензуры, не из ханжества, не потому, что кто-то не за горькую правду, а за сладкую ложь. Просто есть такое слово «нельзя». Как нельзя читать чужих писем… Как это объяснить? Да никак. К сожалению… НЕЛЬЗЯ СМОТРЕТЬ СПЕКТАКЛЬ С ЭТИМИ «ЗНАНИЯМИ»! ОНИ РАЗ И НАВСЕГДА УМЕРЩВЛЯЮТ ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ОБРАЗ, РАДИ КОТОРОГО АРТИСТ ВЫХОДИТ НА СЦЕНУ.
Белый сервис замена масла

Комментарии

Добавить свой

Еще новости

Загрузка...
новости здесь 2
Радио Сибирь