Андрей Алехин

О тиражах и главных идеологах, внутрипартийной борьбе со сверхдоходами членов КПРФ, чистых руках, скорой пенсии, драках и компромиссах на "красном" жизненном пути.

О тиражах и главных идеологах, внутрипартийной борьбе со сверхдоходами членов КПРФ, чистых руках, скорой пенсии, драках и компромиссах на "красном" жизненном пути.

- Сейчас у Вас выпуск печатается. Скажите, на ком держится информполитика изданий, и принимаете ли Вы лично участие в создании или редактировании материалов?

- Вторник у нас день печатный, мы печатаем две газеты: "Красный путь" и "Омское время". Эти издания - ядро, стержень, вокруг которого создана наша областная партийная организация. Наш главный идеолог - первый секретарь ОБКОМа Александр Алексеевич Кравец, газеты - его детище, однако все коммунисты, в том числе и я как второй секретарь, "завязаны" в процессе. Все средства, что мы зарабатываем, вкладываем в типографию и газеты. У нас есть редакция и очень сильная. Не побоюсь сказать, что у нас лучшая партийная газета в стране. Главный редактор - Погарский Адам Остапович, бывший собственный корреспондент одной из самых популярных и массовых советских газет "Сельская жизнь". У нас серьезные журналисты, наши издания обладают самой, пожалуй, большой подпиской в Омской области.

- Но лично Вы как в редакционном процессе участвуете?

- Не совсем это мое направление, но в той или иной степени с информацией работаю и свою колонку веду.

- Я вот почему спрашиваю: в 90-х Вы являлись заведующим идеологического отдела Кировского райкома КПСС. Интересная ли была работа и сложно ли это вообще - отвечать за идеологию?

- Стартовал я в политике, начиная со второго секретаря Кировского райкома комсомола. Было это в 83-м году, меня пригласил Богатырев Сергей Иванович, тогда еще первый секретарь, а потом я ушел после комсомола. Вернулся на свой родной Омский кожевенный завод, где до этого работал главным механиком, секретарем парткома. В 87-м году меня пригласили работать заведующим, как тогда говорили, отделом пропаганды Кировского райкома КПСС. Это был мой фундамент, это была интересная работа. Та школа, что я прошел в КПСС, - а я еще учился в Новосибирской Высшей партийной школе заочно (по первой специальности я инженер-гидроэлектроэнергетик) - стала базой, которой я пользуюсь и сейчас, работая депутатом Заксобрания и руководителем фракции КПРФ. К сожалению, исчезла КПСС потом. Идеология – это сложно. Проиграли мы ту борьбу из-за предательства Горбачева. В первую очередь, проиграли как раз в плане идеологии.

- Андрей Анатольевич, Вы часто ругали областную прессу, тот же "12 канал", за некую "однобокость" в подаче информации. Но во времена Советской власти газеты вообще невозможно было читать - голимая пропаганда. Кстати, в ваших изданиях она тоже есть. Извините, но вспоминается поговорка про чужой глаз, бревно и соринку.

- Я не согласен, что в советских СМИ была "голимая пропаганда". Газеты выходили достаточно интересные, с колоссальными тиражами. "Аргументы и факты" возьмите, например, так у них максимальный тираж наблюдался именно в тот период. "Советский спорт", "Комсомольская правда", в которых всегда были интереснейшие статьи, всегда было что почитать. Касаясь наших материалов, скажу: мы даем разные точки зрения. "Омское время", к слову, не коммунистическое издание, редактор там вовсе не член партии. Среди авторов - поэты, писатели и так далее. Но, конечно, ярым антикоммунистам трибуны мы не дадим! (Смеется.)

- Вы депутатствуете не первый десяток лет, пять раз избирались в ЗСОО. Не надоела ли Вам эта работа?

- Нет, не надоела. Можно к депутатской деятельности относиться ответственно, а можно ничего не делать толком, а сидеть в зале и голосовать, как подсказывают. Я к своей работе отношусь серьезно, я один из старейших депутатов Заксобрания, работаю с первого созыва. Пишу законы, выступаю практически на каждом заседании Заксобрания, притом не ради выступления, а ради решения какой-то определенной проблемы. Четыре раза выступал в Госдуме со своими законопроектами, два из них стали федеральными законами. Таким "выхлопом", уверяю вас, не может похвастаться ни один омский депутат.

- Возникает вопрос: 20 лет на посту губернатора – это много, а 20 лет в депутатском кресле – в самый раз?

- Знаете, если мои избиратели скажут: "Все, Андрей Анатольевич, мы от вас устали, до свидания", - я к ним обязательно прислушаюсь. Пока же чувствую их поддержку. Тем более что чиновник - это чиновник, он имеет доступ к финансовым потокам, а у депутата немножко другая роль. Он, в первую очередь, стоит на защите интересов своих избирателей. Повторюсь, если кто-то считает, что я не справляюсь с этой задачей, то я уйду. Пока предпосылок нет. Вы же понимаете, что выиграть мандат в оппозиции, это куда сложнее, чем выиграть мандат для партии власти, тем более что соперники у меня всегда серьезные.

- Коллеги по Заксобранию – особенно от других партий – враги или друзья? Может ли коммунисту стать другом единоросс или либерал-демократ?

- Я нормально отношусь к большинству своих коллег, со многими у меня прекрасные отношения. Адырбаев Марат Шакенович - мой большой друг. В свое время я продвигал инициативу, убеждал депутатов Заксобрания, что дети, страдающие онкологическими заболеваниями, должны лечиться бесплатно. Так сложилось в жизни, что я вынужден был каждодневно в течение двух лет ездить в больницу - серьезно сын заболел. Тогда наблюдал, что из-за отсутствия лекарств, которые очень дорого стоили (на лечение ребенка требовалось порядка 150 тысяч рублей - очень существенные деньги по тем временам), помощь больницам необходима. Я сумел в этом убедить коллег, и сегодня в стране есть два региона, где детей с онкологией лечат бесплатно. Считаю постыдным, когда, например, по телевидению идут сообщения: "Собираем средства на лекарства". Такого не должно быть, государство должно лечить детей бесплатно в любых случаях. Поэтому, возвращаясь к основному вопросу, отношения с депутатами Заксобрания, в том числе и единороссами, у меня нормальные. Где-то в кулуарах, когда мы с ними общаемся, они со мной соглашаются по большинству позиций, а вот только сядут за кнопки - голосование уже идет по-иному.

- А либерал-демократы?

- Они уже со мной судились после того, что произошло в начале этой сессии. Они впервые попали в Заксобрание благодаря Владимиру Вольфовичу (Жириновскому - прим. ред.), потому что заслуг местных либерал-демократов здесь нет никаких. Им просто повезло, что параллельно шла кампания в Госдуму, вот партия одного актера сумела прорваться и в ЗСОО. Я их назвал самой продажной партией, когда тех договоренностей, что у нас были, и тех возможностей, которые позволяли серьезным образом выстроить работу ради интересов омичей и блокировать законы, принимаемые "Единой Россией", ЛДПР нас лишила. Никогда им руки не подам.

- Если говорить о глобальном: что привлекает Вас в коммунистической идеологии? Всегда ли она соответствовала вашей личной жизненной философии? И кстати – кто из былых вождей Вам симпатичнее, что ли, - Ленин или Сталин?

- Начну с конца. Мне симпатичны и Ленин, и Сталин. То, что компартия, вернее, народ победил в 17-м году, - заслуга Владимира Ильича. А Сталин... Хочу вспомнить слова Черчилля: "Он принял страну с сохой, а оставил с атомным вооружением". Выход в космос - задел для этого заложил Иосиф Виссарионович. Я уж не говорю про победу в Великой Отечественной войне. Коммунистическая идея будет всегда. Вопросы соцсправедливости родились еще во времена Христа. Он и был первым коммунистом. Где-то мы можем проигрывать, где-то побеждать, но рано или поздно, я убежден, наше дело возьмет верх. Это, в частности, показывает пример КНР да и, в принципе, европейские страны. Они взяли вопросы все той же социальной справедливости в Советском Союзе. И у них получается.

- Какая атмосфера установилась в Вашей партии? Что на первом месте - жесткая дисциплина, преданность идеи или что-то другое? Если кто-то покидает партию, мирно ли расстаетесь или по-разному бывает? Говорят, кстати, что у Вас там килограммы интриг.

- Когда выступаю перед избирателями, в первую очередь, называю КПРФ партией порядочных людей. В конечном итоге все порядочные приходят именно к нам. Были у нас Герман Титов, летчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза Виталий Иванович Севостьянов, который, к слову, и мою кандидатуру поддерживал на выборах в Заксобрание, и в целом нашу организацию. На первом месте - убеждения. Мы не работаем за деньги, хотя без них сейчас и никуда. Тем не менее большинство членов нашей организации, а у нас в Омской области на сегодня насчитывается две тысячи коммунистов, тратят свое личное время и силы, работая именно за идею. И мы ведь добиваемся результатов!

- С миром отпускаете людей из партии или предаете анафеме?

- Бывает, к сожалению, по-разному. Уходит-то от нас немного людей. В прошлом году партию покинули семь человек, а приняли мы порядка 150 новых членов. Самое интересное, что пошла к нам молодежь, а это то поколение, которое Советский Союз не застало. Они понимают, что интересы людей оберегает только КПРФ.

- Была ли у Вас когда-нибудь обида на людей при таких расставании?

- К сожалению, такое было. История нашей организации насчитывает 20 лет. Вот, например, это здание типографии. Это энтузиазм Александра Кравца и рядовых коммунистов, мы проводили здесь субботники, собирали последние копейки, создавали мощнейший комплекс – уверяю, ни одна региональная организация такого не имеет, мы в этом плане передовые. Но были попытки захвата этого здания и оборудования. Было откровенное предательство, расставались тяжело, в том числе через судебные иски. Не буду называть фамилии, чтобы не было проблем.

- Вы говорите, что развито молодежное крыло КПРФ. Эти ребята – родственники старых партийцев или абсолютно новые люди? Как вам удается активировать самый нигилистически настроенный слой общества?

- Есть и дети коммунистов, но они не превалируют. В основном это ребята, которые пришли к нам в силу исканий. У нас же есть и пионерская организация, и каждый год 19 мая на Ленинской горке я как ответственный за это направление провожу пионерскую линейку. В селе Пушкино была интересная ситуация: не родители приводили пионеров в отряды, а пионеры приводили за ручку своих родителей, которые потом вступали в партию. Они видели, что с ребятишками занимаются серьезные люди, плохому их не учат, вывозят в Большереченский зоопарк, цирк, на Данилово озеро, продолжается тимуровское движение. Это не исключение, когда молодежь приводит в партию своих возрастных родителей.

- Часто говорят, что между КПСС и КПРФ нет ничего общего, что членов Вашей партии коммунистами в прежнем смысле этого слова назвать нельзя. Ведь главная идея советских времен – равенство, а сегодняшние коммунистические вожди - далеко не бедные люди, хоть и не особо афишируют свои заработки.

- Если что, перед вами стоит бывший член КПСС. Я был и вторым секретарем райкома комсомола, и завотделом пропаганды Кировского райкома КПСС. И всего этого добился сам. Приехал в Омск после окончания института, родственников у меня здесь не было, протекции никакой. Хотя протежирование было и в советское время, но отбирали людей по заслугам – был резерв кадров. Вы о неравенстве заговорили, но ведь у коммунистов всегда была идея социальной справедливости. Главный тезис социализма – от каждого по способностям, каждому по труду! При Сталине эта норма соблюдалась: у токарей 5-го и 3-го разрядов была совершенно разная зарплата, просто земля и небо. Инженеры и ученые на свою зарплату могли купить машину. К сожалению, при Хрущеве началась уравниловка, и вот к чему это привело. КПРФ – наследник КПСС, мы не отказываемся от сложных страниц истории нашей партии (а мы ведем свою историю с 1897 года). Главный принцип социализма мы сохранили. А что касается наших высоких зарплат, как вы говорите… У нас существует система партмаксимума. По этому поводу есть решение Президиума ЦК – сверхдоходы мы передаем в фонд КПРФ.

- Добровольно?

- Да. Ну если ты не согласен…

- Тогда "До свидания"?

- От партийной дисциплины никто не отказывается (улыбается).

- Ваша фракция поддержала кандидатуру единоросса Виктора Ивановича Назарова, потому что он понравился партии или Вы действовали от обратного: хоть черта лысого, только бы Полежаев ушел?

- Это тоже имело место быть, потому что считали, что эпоху Полежаева надо заканчивать, а накопившиеся проблемы - разгребать. Это, пожалуй, главное. Но и была часовая встреча фракции с Виктором Ивановичем. Разговор был откровенный, оценки совпадали – это тоже сыграло свою роль, потому что у нас есть решение Центрального Комитета о том, чтобы не поддерживать единороссов. Но есть исключения из правил. Когда эта встреча состоялась, я связался с Александром Алексеевичем (Кравцом – прим. ред.), который тогда был в Москве, и попросил переговорить с Геннадием Андреевичем (Зюгановым – прим. ред.). Геннадий Андреевич уважает нашу организацию, знает, что мы занимаемся реальным делом, добиваемся результата, и он дал нам карт-бланш: "Ребята, решайте сами, но вы же и будете отвечать". Решение было принято за 10 минут до начала заседания Заксобрания. Честно говорю: у меня было готово два выступления. Но бюро обкома дало добро, и фракция большинством голосов поддержала кандидатуру Виктора Ивановича Назарова.

- Не пожалели?

- Нет. Сейчас возникают вопросы, например, для нас серьезная и больная тема – памятник Колчаку. Ставить памятник палачу и убийце, карательные отряды которого залили кровью всю Сибирь, мягко говоря, безнравственно. Мы начали печатать материалы по этой теме в газете "Красный путь", и пошли письма с мест, как будто это произошло вчера. Нас Виктор Иванович призвал к консолидации, мы с этим согласились. Но, к сожалению, принимаемое сейчас решение не направлено на консолидацию. Значительное число жителей Омска и области против установки памятника. Те материалы, которые опубликовал общественно-политический центр (РЦСО), основаны на однобокой анкете. Совершенно очевидно, что это был заказ, это не было исследованием. И даже по этой анкете село проголосовало против. Село более стабильно, а Колчак творил во времена, когда сельское население преобладало. И даже во времена Полежаева, когда шла героизация Колчака, в седельниковской районной газете, контролируемой районной администрацией, печатались антиколчаковские материалы, которые мы потом перепечатывали в "Красном пути".

- Уже началась осенняя сессия в Законодательном Собрании. Расскажите, как на Ваш взгляд, прошло первое заседание, были ли там спорные моменты, и что Вы думаете о первой законодательной инициативе нового губернатора?

- Было первое для Назарова бюджетное послание, оно оставило двойственное впечатление. С одной стороны, дана честная оценка социально-экономической ситуации в Омской области, представлены пути выхода из нее. Закон, который вы назвали, это попытка привести сюда инвесторов. Но этот рамочный закон на сегодня абсолютно пустой, и мы хотели голосовать против него. Мы советовались, в том числе, и с Владимиром Варнавским (председатель ЗСОО - прим. ред.), и решили, что закон нужно принять, но в дальнейшем с ним надо работать. Без инвесторов экономику области поднять невозможно, мы потеряли очень много. Без них мы не решим и социальные вопросы. Насторожило в послании Виктора Ивановича то, что он сказал об идущем сокращении поголовья скота. Вроде бы причина объективная – засуха, в советское время такие ситуации тоже возникали, но принимались все меры, поднимали население, чтобы спасти скот. По сравнению с советским временем этот показатель упал в 3 раза. Констатировали, что такая ситуация ожидается. Виктор Иванович летом, в разгар засухи, обращался к главам районов и руководителям хозяйств с просьбой не резать скот. Но я не вижу, чтобы Правительство приняло реальные меры для исправления этой ситуации.

- Если можно немного о личном. Ваша семья понимает и разделяет Ваши взгляды? И чем по жизни занимаются Ваши дети? У Вас их трое, насколько я знаю.

- И понимает, и разделяет. В период избирательных кампаний это мои главные помощники. Мы с семьей практически весь мой избирательный округ прошли пешком, они распространяли газеты, агитировали. Мой самый сложный участок – тот, где главным соперником уже вторые выборы является Валерий Кокорин, там его коллектив работает – сельский строительный комбинат. И контролерами на этом участке были моя дочь и зять. И в итоге этот участок все и решил: если на прошлых выборах я проиграл около тысячи голосов, то на нынешних я выиграл – пусть и два голоса. Помню, дочь мне расстроенно сообщила, что победа с перевесом всего в два голоса. Я ответил: "Нет, Надежда. Это означает, что я выборы выиграл".

- А кем Вы сами мечтали стать в детстве? Вряд ли оппозиционным депутатом, получается, что детские мечты не сбылись?

- Я тогда вообще не думал, что я буду заниматься политикой. Я тогда серьезно занимался спортом: я кандидат в мастера спорта по классической борьбе (сейчас она называется греко-римская), играл в футбол за команду "Чкаловск". Я считал себя технарем, поэтому поступал сначала в Новосибирский государственный университет на прикладную математику (к сожалению, не прошел по конкурсу), потом подал документы в Новосибирский электротехнический институт и в итоге стал инженером-гидроэнергетиком. Я технарь и никогда не думал, что стану политиком или буду заниматься гуманитарными дисциплинами. Приехал в Омск вместе с супругой, мы вместе окончили институт, в 1982 году поженились, и я оказался на местном кожевенном заводе, стал секретарем комитета комсомола. Так и ушел в политику.

- А с борьбой Вы в итоге завязали? Можно Вас вывести из себя настолько, чтобы Вы кого-то ударили?

- В принципе, это возможно. Когда предавшие нас бывшие соратники захватывали здание типографии, мне пришлось использовать возможности, которыми я обладаю, но корректно.

- Но доказывать что-то кулаками Вы не любитель?

- Нет-нет, я борец, а не боксер (улыбается). Со спортом я, кстати, не расстался, продолжаю заниматься. У нас есть хорошая футбольная команда КПРФ, болельщиком и главным организатором которой являюсь я, мы добиваемся неплохих результатов. Я выступал на "Королеве спорта", дважды был серебряным и бронзовым призером. Но потом главным в жизни стала семья, пришлось оставить большой спорт.

- Как Вы относитесь к мнению, что у нас нет настоящей оппозиции, что потенциально опасные лидеры сразу же обезвреживаются, как, допустим, тот же Ходорковский. А у каждой партии – своя роль в обслуживании интересов власти. ЛДПР помогает, что называется, выпустить социальный пар, КПРФ водит за нос утопическими лозунгами и помогает людям сохранять надежду. Вы наверняка не согласны?

- Конечно, не соглашусь. Хотя надежда – это главное, ради нее мы иногда и живем. То, что реальной оппозицией является только КПРФ, это совершенно очевидно. "Справедливая Россия" - кремлевский проект, она была создана для того, чтобы оторвать голоса у КПРФ, ослабить ее. Не получилось. Более того, она начала забирать голоса у "Единой России", поэтому этот проект начали закрывать. ЛДПР – тоже проект. Не случайно на голосовании о снятии Геннадия Гудкова (бывшего депутата Госдумы - прим. ред.) ЛДПР и "Единая Россия" действовали заодно. Даже когда в нашем Законодательном Собрании встал вопрос о власти, и оппозиция реально могла заявить о себе, кто сдал, кто продался? Это ЛДПР! Реально на местах интересы людей защищает КПРФ. Я член президиума центральной контрольно-ревизионной комиссии, один из руководителей партии, я знаю ситуацию в регионах. Сегодня левая идея начинает превалировать. Принятый закон о политических партиях, когда на выборах будет 100 партий, это тоже борьба с КПРФ.

- Политика – дело грязное. Пачкает ли она лично Вас? И часто ли приходится идти на компромиссы с собственной совестью?

- Нет, на компромиссы с совестью стараюсь не идти. Компромиссы могут быть. Например, мы голосовали за губернатора, поддержали Андрея Ивановича Голушко. Мы исходим из интересов дела, жителей Омской области. С чем-то мы соглашаемся, но стараюсь все делать чистыми руками. Для меня главный критерий – порядочность. Если человек непорядочный, я ему руки не подам и общаться не буду.

- На пенсию Вам еще не скоро, но все-таки. Когда Вы оставите политику, чем себя займете, уже думали?

- До пенсии, кстати, не так уж и много: в силу ряда законов я пойду на пенсию в 55 лет, и, если не изменится законодательство, мне осталось два года. Но ни из политики, ни на пенсию не собираюсь: пока есть возможность и силы, надо работать. Моего помощника Ивана Алексеевича Евсюнина я взял, как только меня избрали депутатом Заксобрания, – 18 лет назад. Ему исполнилось 80 лет, и он все хочет уйти. Я ему говорю: "Иван Алексеевич, будете работать до последнего дня". Пока мы работаем – мы живем.

 

Беседовала Татьяна Шкирина

Видеоверсию интервью с Андреем Алехиным смотрите в программе "Лица" ЗДЕСЬ

Белый сервис замена масла

Комментарии

Добавить свой

Еще новости

Загрузка...
новости здесь 1
Радио Сибирь